Главная     |     Новости     |     Справка     |     Форум     |     Обратная связь     |     RSS 2.0
Навигация по сайту
Юридическое наследие
Дополнительно
Архив новостей
Октябрь 2013 (14)
Ноябрь 2010 (2)
Июль 2010 (1)
Июнь 2010 (1288)
Май 2010 (3392)
Анонсы статей
» » Чересполосность



 

Чересполосность

в разделе: Курс государственного благоустройства Просмотров: 1 152

Вопрос о разверстании чересполосных земель вызвал существование двух противоположных направлений, между которыми идет постоянная борьба, не прерывавшаяся, можно сказать, с того времени, как возникла поземельная собственность. Эта тяжелая борьба противоположных аграрных стремлений - sui generis центростремительной и центробежной сил, поземельного округления и парцеллирования (дробления) земли.
С одной стороны, каждому сельскому хозяину вполне естественно желание "обособиться", округлить свое владение в одну, по возможности отрубную дачу, чтобы не зависеть от соседей, чтобы вести вполне свободно свое хозяйство, не стесняясь часто весьма обременительными обязанностями, проистекающими из "права соседства". Это стремление сельского хозяина к имущественной свободе вполне аналогично со стремлением человека к свободе личной. Под влиянием этого стремления для сельского хозяина является идеалом такое разверстание чересполосных земель, благодаря которому все его угодья были бы сведены в одно место, причем в средоточии имения помещался бы и самый двор хозяина.
В Баварии такое разверстание носит характеристическое название Vereinodung. Это такое сельскохозяйственное объединение, которое требует уничтожения деревень, причем жители переходят на новые места, в свои отрубные дачи, так что на прежнем месте должны остаться только строения, предназначенные для общих целей, а также дома поденщиков и ремесленников. По мнению Рошера, "объединенное имение" представляет собой такой идеал для сельского хозяйства, к осуществлению которого должны стремиться и общество и правительство. - Даже в тех местностях, говорит он, в которых идеал этот только начинает осуществляться, крестьяне в короткое время освободились от долгов, по крайней мере на 50% уменьшили непроизводительные сельскохозяйственные издержки и увеличили чистый доход своих хозяйств не менее как на 25%.
С другой стороны, семейные, наследственные и мирские переделы необходимо ведут к чересполосности, представляющей собой неизбежное последствие свободной - незаповедной - собственности. Благодаря этим переделам земля дробится на мелкие доли, разбросанные в разных местах, и вместо объединения получается разъединение поземельного имущества, вместо имущественной свободы возникает имущественная зависимость. По-видимому, легко избавиться от этого; достаточно, чтобы лица, землевладение которых оказалось чересполосным, изъявили согласие на общее полюбовное размежевание, и их участки, разбросанные в разных местах, опять могут быть соединены в одном месте. Если бы земля была таким же свободно обращающимся продуктом, как большая часть видов движимого имущества, то это, без всякого сомнения, и было бы; о борьбе противоположных стремлений округления и раздробления не было бы и речи. С определенной мерой ржи или с определенным куском полотна никто не соединяет никаких особенных привязанностей; продукты эти так же легко уступаются за эквивалентное вознаграждение, как легко и принимаются. Но никто не может сказать ничего подобного об имуществах недвижимых, и в особенности о земле.
Для большинства сельских хозяев, владеющих на праве частной собственности, земля дорога не только как источник известных ценностей, но в то же время как нечто родное или, по справедливому замечанию Д. С. Милля, как предмет особой и притом господствующей страсти. Всякий, кто жил между землевладельцами, знает это чувство - вполне симпатическое чувство привязанности человека к родной земле. Весьма естественно, что при таком отношении нелегко собственнику расстаться с своим поземельным участком и обменять его на другой. Вот почему добровольное разверстание так мало где существует, а принудительное вызывает массу неудовольствий и нареканий. По поводу принудительного разверстания чересполосных земель, принятого нашим законодательством для губерний Черниговской и Полтавской, на одном из земских собраний Черниговской губернии было высказано следующее против этого разверстания: протест народа, протест мелких собственников является еще в форме сдержанного ропота, но в губернии возникали уже случаи противодействия сельского населения межевым чинам. Обязательное размежевание ставит во враждебный антагонизм крупных землевладельцев с сельским населением и препятствует сближению этих сословий, столь желательному и необходимому для блага страны. Никто так не привязан безотчетно к своему куску земли, как мелкий собственник, и бывали примеры в межевой практике, что при всех выгодах, предоставляемых ему в отношении обмена его куска на другой, он не соглашался ради "родной наследственной десятины".
Мы уже и не говорим о трудностях вполне эквивалентного обмена земель. Практика западноевропейских государств убеждает нас в том, что, при всем законодательном старании о правильном обмене чересполосных земель, несправедливости, часто невольные, все таки# существуют, и почти в каждом селении, в котором было произведено обязательное разверстание, слышится недовольство от местных жителей. Таким образом, существуют естественные основания, с одной стороны - к стремлению сельского хозяина к округлению своего поземельного имущества, а с другой - тоже естественные основания к противодействию требованиям разверстания. Первое стремление является источником требований принудительного разверстания, второе - приводит к желанию лишь добровольного разверстания, чуждого всякой принудительности, вполне основанного на доброй воле заинтересованных сторон. Противоположность этих стремлений приводит к борьбе, проявляющейся в ссорах с соседями, в потравах, исках и т. п., и в то же время в противодействии чиновникам, занимающимся принудительным разверстанием земель. Из сказанного очевидно, что самая существенная и в то же время самая трудная задача законодателя, при разверстании чересполосности, состоит в решении вопроса об обязательности разверстания. Первый шаг в решении этой задачи представляет собой добровольное или полюбовное разверстание, причем законодатель устанавливает лишь нормы, необходимые для гарантирования свободного соглашения и устанавливает известные поощрения и льготы для того, чтобы заохотить частных собственников к производству разверстания. По нашему ныне действующему законодательству, полюбовное разверстание допускается, безусловно, но общих мер, которые бы имели значение поощрений, у нас не существует, если не считать особенно поощрительной мерой того постановления, на основании которого по специальному полюбовному размежеванию доверенности пишутся на простой бумаге. (Прод. к Св. зак. 1863 г., ст. 348, т. X. ч. III).
В законодательных установлениях, имеющих местное значение, мы встречаем поощрительные правила относительно разверстания земель малороссийских казаков. Этим казакам, вообще не имеющим права продавать кому-либо иному свои поземельные уделы, кроме людей своего же сословия, в целях устранения чересполосности предоставляется право обменивать свои наделы с помещиками или разночинцами, хотя не иначе как с дозволения Палаты государственных имуществ, утвержденного начальником губернии (т. X ч. III стр. 863). Сверх того, по Закону 1863 г., малороссийским казакам разрешено, в видах уничтожения мелкой чересполосности, продавать свои земли лицам неказачьего происхождения в следующих случаях: а) когда участок казачьей земли находится между землями владельцев иного сословия; б) когда продавец имеет в другом месте необходимую землю для обеспечения как средств существования его с семейством, так и исправного взноса податей и отправления повинностей, причем количество этой земли должно быть не менее пяти десятин на семейство, или же когда он может на деньги, вырученные от продажи, приобрести себе пространство земли, равное тому, которое продает; и в) когда подлежащий продаже участок незначителен, заключает в себе не более трех десятин (Прим. 2 к ст. 863, т. X, ч. III, по прод. 1863 г.).
Постановление это, направленное к уничтожению чересполосности земель малороссийских казаков, ведет к ее уничтожению и в имениях посторонних владельцев, собственность которых лежит чересполосно с наделами казаков. В тех случаях, когда казак имеет, сверх чересполосного участка, не превосходящего 3 десятин, земли в размере пяти и более десятин на семейство, продажа первого участка исключительно ведет к уничтожению чересполосности земли соседнего собственника, так как казак в таких случаях не обязан покупать на полученные деньги другой участок.
Без всякого сомнения, льготы и поощрительные постановления ведут к увеличению в стране случаев полюбовного разверстания. В этом отношении было бы вполне желательно увеличение в нашем законодательстве подобных мер. Всякая новая мера в этом отношении, расширяя свободу деятельности нашего сельского хозяина и достигая определенных результатов без строгой регламентации и принуждения, имела бы высокое оживляющее значение, приучая сельских хозяев к экономической самодеятельности, избытком которой они не могут похвалиться. Имея это в виду, нельзя сомневаться в том, что установление, например, общего правила, аналогичного с Законом 1863 г. об обмене и продаже земель, принадлежащих малороссийским казакам, имело бы самое благотворное влияние на наше сельское хозяйство.
У нас существуют целые категории поземельных имуществ, продажа которых, как в совокупности, так и по частям, или прямо воспрещается, или разрешается на строго ограничительных условиях. Таковы, напр., земли, жалуемые частным лицам на праве майоратов в западных губерниях. Такой же характер неделимости имеют участки, отводимые по Высочайшему повелению малоимущим дворянам, коим предоставлялось право поселяться на казенных землях в некоторых губерниях. Также неделимы крестьянские поземельные участки, выкупленные, с пособием от правительства, крестьянами, вышедшими из крестьянской зависимости. По местному положению, для Тифлисской губернии установлена нераздельность так называемых подымных участков. Признаются нераздельными семейные участки у государственных крестьян; неделимы участки, отводимые от казны в пользование колонистам, участки, отводимые беспоместным чиновникам казачьих войск, заповедные имения и т. д.
В отношении к этой обширной категории поземельного владения полюбовное разверстание чересполосности не может быть применимо. Установление правила, аналогичного с законом для малороссийских казаков, в значительной степени содействовало бы уничтожению чересполосности. Взаимный обмен земель при этом не всегда достаточен. Если между двумя собственниками в определенное время возникло желание размежеваться, то из этого еще не следует, что полюбовное разверстание может привести к уничтожению чересполосности в имениях каждого из них. В имении одного из них последняя действительно может быть уничтожена присоединением участка, принадлежащего другому собственнику; но для уничтожения чересполосности в имении последнего, может быть, необходимо присоединение участка третьего лица, с которым в данный момент еще не последовало соглашения о разверстании. В подобных случаях обмен земель не достигает своей цели, для достижения которой необходимо поэтому ограничение юридической неделимости имений, прямое разрешение продавать определенные полосы земли, если будет доказана невозможность, без такой продажи, уничтожения чересполосности.
Прекрасный прецедент и вместе с тем образец для подобного ограничения юридической неделимости имуществ представляет собой вышеупомянутый нами закон о продаже наделов малороссийских казаков. На основании этого закона продажа казачьих земель лицам казачьего происхождения производится следующим порядком: продавец обязывается представить Палате государственных имуществ удостоверение, основанное на приговоре общества, в том, что наследственная или, вообще, от казаков же доставшаяся ему земля, которую он желает продать, составляет его личную собственность, заключает в себе пространство, не превосходящее того, какое разрешается продавать (не более 3 десят.), и действительно находится в чересполосном владении с землями покупщика.
В этом удостоверении должно быть указано, что обмен земель между продавцом и покупщиком невозможен в целях полюбовного разверстания, что продавец имеет в других местах землю, достаточную для содержания его семейства, или же, в противном случае - обязательство в том, что на полученные от продажи деньги он имеет приобрести для себя количество земли, равное тому, которое он продает. Покупатель, со своей стороны, представляет в палату отзыв, в котором излагаются все условия покупки и план приобретаемого им участка, с обозначением величины и границ его.
Если Палата государственных имуществ, рассмотрев дело, признает продажу земли действительно необходимой для уничтожения чересполосности, то дает свое разрешение, после чего продажа производится обыкновенным крепостным порядком. В том случае, когда казак, продающий свою землю, не имеет в другом месте достаточного для прокормления семейства участка, деньги, вырученные от продажи его земли, должны быть отосланы непосредственно от покупателя в волостное правление, которое передает их в кредитное учреждение к обращению из процентов впредь до покупки казаком других земель, взамен проданных им.
Установление подобных правил для всех поземельных имуществ, признаваемых нашим законодательством имуществами неделимыми, существенно необходимо. При отсутствии таких правил полюбовное разверстание недоступно для целой категории имуществ, обнимающих собой значительное пространство сельскохозяйственной территории, благодаря чему чересполосность со всеми ее тяжелыми для хозяйства последствиями, так сказать, узаконяется на землях, юридически неделимых. Самая неделимость, во многих отношениях вполне оправдываемая и с общественной и с хозяйственной точек зрения, в этом случае является тормозом в развитии сельского хозяйства, увековечивая чересполосность, мешая осуществлению полюбовного разверстания в тех случаях, когда участники чересполосного владения землей изъявляют свое согласие на разверстание.
Говоря, что добровольное или полюбовное разверстание, при существовании разного рода льгот и поощрительных к нему постановлений, может оказать свою долю влияния в деле уничтожения чересполосности, мы тем не менее, повторяем, что оно представляет собою только первый шаг к решению задачи. Сверх полюбовного разверстания, необходимо существование постановлений о разверстании принудительном, как таком, которое или непосредственно основывается на законе, или установляется решением большинства заинтересованных лиц, или же прямо предписывается законом.
Можно ли сказать, что всякое принудительное разверстание, предписываемое законом, представляет собой акт насилия, если оно не основывается на воле большинства лиц, участвующих в чересполосном владении? - Ответ на этот вопрос, в высшей степени важный в деле разверстания чересполосности, может дать нам рассмотрение некоторых случаев принудительного разверстания по нашим законам.
Постановлением для губерний Царства Польского от 21 августа 1865 г. было разрешено для помещиков право требования принудительного разверстания земель и перенесения строений крестьянских усадеб, заключающих в себе менее трех моргов (1 1/2 десятины) и расположенных вне черты селения. Прежде всего этим постановлением ограничивается "свобода соглашения" помещика с крестьянином. Добровольное разверстание допускается на основании общих законов, но с тем непременным условием, чтобы крестьяне на новых местах получили землю в количестве, не меньшем того, какое они имели в старых усадьбах, и чтобы новые участки были снабжены необходимыми строениями. Впрочем, взамен снабжения нового участка строениями, помещик может войти в добровольное соглашение с крестьянином о вознаграждении его за строения землею, в количестве не менее полутора морга. Сторонники "полной свободы соглашения" в этом постановлении легко увидят прикрепление крестьянина к земле, забывая при этом, что их полная свобода соглашения всегда приводит к "освобождению крестьян от земли", к обезземелению и сельскому пролетариату.
Всем известные факты из экономической истории подтверждают это. Если же не всегда является разумным принципом полная свобода соглашения в деле разверстания, то, очевидно, должно быть верно и обратное положение: не всякая законная обязательность его должна быть осуждаема.
Вышеупомянутый Закон 21 августа 1865 г. и регулирует такие случаи. Если не последует добровольного соглашения о перенесении строений и разверстании земель по малоземельным усадьбам, то помещику предоставляется право входить с представлением об обязательном разверстании земель и перенесении строений. Взамен отходящих от крестьян земель отводятся участки, по возможности равные по качеству с отчуждаемыми; при невозможности отвода равнокачественных участков предоставляются крестьянам прибавочные земли в таком размере, чтобы новые участки никак не были хуже прежних. Новые усадьбы для переселяемых крестьян устраиваются помещиком на его собственный счет, который должен также принимать меры к тому, чтобы переселяемые семейства не оставались без жилища во время постройки их домов. Только в случае добровольного согласия крестьян, вместо возведения на свой счет построек, помещик может вознаградить за строения землею, в количестве не меньшем 1 1/2 морга.
Полагаем, что никакой сторонник полной свободы в деле разверстания чересполосных земель не найдет никакой аналогии между этим обязательным переносом крестьянских строений и обменом земель, с одной стороны, а с другой - между теми насильственными операциями разверстания, которые в Западной Европе в числе других причин были важнейшею причиной развития сельского пролетариата. Правила 21 августа 1865 г. были изданы на семь лет, в течение которых только помещики могли пользоваться ими. В действительности далеко не все из них имели достаточные средства к постройке для крестьян новых жилищ, особенно когда в имении оказывалось немало чересполосных мелких собственников. Всякому должно быть ясно, как затруднительно вести разумное хозяйство, когда имение испещрено мелкими собственниками, живущими и хозяйствующими на своих полутора десятинных участках.
Между тем именно от этих собственников труднее всего получается добровольное согласие на разверстание, так как многие из них дорожат своим чересполосным наделом, имея возможность безнаказанно пользоваться чужим. При отсутствии закона об обязательности разверстания землевладельцу необходимо организовать особую полицию для предупреждения потрав, порчи продуктов во время проходов и проездов и т. п. Притом и полиция эта не всегда могла бы надлежащим образом оградить землевладельца, так как, по народной поговорке, от домашнего правонарушителя не обережешься, а мелкий чересполосный собственник весьма часто против воли является таковым, не имея надлежащих средств для организации надзора за своим живым инвентарем.
В последнее время обязательность разверстания чересполосных земель в Царстве Польском принимает несравненно большие размеры благодаря Высочайше утвержденным 29 декабря 1875 г. правилам "Об обязательном разверстании и обмене чересполосных земель между владельцами и крестьянами". На основании этих правил право требовать обязательного обмена и разверстания чересполосных земель принадлежит или владельцу имения, или крестьянам, или как той, так и другой сторонам.
Требование со стороны крестьян об обязательном разверстании, касающееся земель всего селения, может быть заявлено не иначе как по приговору не менее 2/3 всех домохозяев. Если разверстание будет касаться земель лишь некоторых усадебников, то требование со стороны крестьян может быть заявлено только при согласии всех этих усадебников. Обязательному разверстанию не подлежат: земли, состоящие в чиншевом владении; земли, составляющие нераздельный участок с крестьянской усадебной оседлости, обязательный перенос которой не допускается; земли усадеб малоземельных, подлежавших разверстанию по вышеизложенным правилам; наконец, обязательному разверстанию не подлежат старинные крестьянские земли, подходившие еще под действие Указа 26 мая 1846 г., которым в Царстве Польском впервые был ограничен произвол помещиков и с которого начинается польская крестьянская собственность.
На основании этого указа поселяне, обрабатывавшие на себя не менее трех моргов земли, получили право пользоваться впредь "беспрепятственно занимаемыми землями и другими угодьями, а затем владельцы не могут по произволу удалять их из своих имений, или отнимать и уменьшать предоставленного каждому поселянину участка и угодий (сервитутов), или же увеличивать повинности". Таким образом, с 26 мая 1846 г. помещик потерял право произвольно распоряжаться крестьянской землею; крестьянин получил право наследственного пользования отведенным ему участком, получил возможность обрабатывать этот участок так, как обрабатывает его всякий собственник, знающий, что результаты его труда не будут у него отняты.
Понятно, что с такими давно обрабатываемыми землями крестьянину всего тяжелее расставаться по соображениям и экономическим и нравственным. В принципе, относительно земель, которые по давности обработки, и притом обработки, вытекающей из права частной собственности, могут быть названы овеществленным трудом целого ряда тружеников, должно быть допускаемо главным образом добровольное разверстание.
Но и здесь могут быть допускаемы исключения по требованиям рационального хозяйства, в развитии которого заинтересовано все общество. Рассматриваемый нами польский закон и представляет нам несколько примеров подобного рода изъятий из общего принципа. Так, на основании этого закона подлежат обязательному обмену следующие земли, хотя бы и подходившие под действие Указа 26 мая 1846 г.: а) крестьянские луга и пастбища, равно мелкие участки пахотной земли, расположенные отдельно открестьянских полевых угодий, среди дворских земель, если в обмен сих лугов, пастбищ и пахотных мелких участков владелец имения может отвести луговые же, пастбищные и пахотные участки одинакового, по возможности, качества и в соответственном количестве; б) крестьянские луга и пахотные земли, разбросанные мелкими участками среди дворского леса; в этом случае, при неимении соответственных луговых участков, могут быть предоставлены взамен лугов и пахотные земли, по качеству своему, впрочем, не ниже ржаной 1-го класса. Значение этих исключений из этого правила вполне оправдывается и с точки зрения экономической, и с точки зрения практической.
При настоящем состоянии сельскохозяйственной культуры продукты лугов и пастбищ представляют собой в значительной степени продукты чисто естественных деятелей и в самых незначительных размерах являются результатом затраты капитала и труда. Весьма естественно, что обязанность разверстания таких земель с экономической точки зрения вполне оправдывается. Необходимо также иметь в виду, что личная привязанность к наследственной земле, имеющая такое благотворное влияние на сельскохозяйственную культуру, развивается главным образом вследствие приложения труда.
Из сказанного видно, что принудительное разверстание чересполосности, как такое, которое противоречит воле большинства участников чересполосного владения, в настоящее время не представляет собой анахронизма; во многих случаях оно не только может быть, но и должно быть допускаемо. Это разверстание было допущено и нашими местными положениями о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости.
Из сказанного также видно, что при всяком обязательном разверстании чересполосных земель необходимо исключать из общего правила обязательности те, главным образом пахотные, земли, которые в течение продолжительного времени, наприм. не менее 25 лет, состояли в личном или наследственном пользовании. Относительно таких земель должно быть допускаемо лишь полюбовное разверстание, если только земли эти по своей незначительности, не превосходя, напр., 1,1/2 дес., не служат тормозом в деле развития хозяйства соседей. Обязательное разверстание таких земель действительно может быть названо принуждением, находящим для себя мало оправданий и в то же время вредным в экономическом отношении, так как оно расшатывает основное начало всяких хозяйственных улучшений -личную привязанность к поземельной собственности.
Во всех других случаях обязательное разверстание чересполосных земель дворских и крестьянских вполне оправдывается, в особенности если при этом обращается надлежащее внимание на требования эквивалентности или справедливости в вознаграждение за отчуждаемую собственность. Интересны в этом отношении правила закона 29 декабря 1875 г. По общему принципу, при разверстании стороны должны взамен отчуждаемых земель получать земли, равные по достоинству и пространству. Меньшее количество дворской земли, но соответственно лучшего качества, в случае необходимости может быть отводимо лишь тогда, когда разверстание производится по требованию крестьян. Если же по местным обстоятельствам невозможен отвод земель, совершенно равных с отчуждаемыми или лучших, то допускается отвод их по качеству одним классом ниже, но в соответственно большем количестве. Такая замена лучших крестьянских земель помещичьими худшими является обязательной не более как на 1/3 часть всего пространства заменяемых крестьянских земель.
Замена большого пространства может быть допущена только с согласия крестьян, если разверстание требуется владельцем имения, или же с согласия последнего, если разверстание производится по требованию крестьян. Определение качества земель делается на основании классификации и поземельной оценки, установленных инструкциею 23 мая 1841 г. об устройстве (и о чиншевании) крестьян во Всемилостивейше пожалованных имениях.
Кроме внутреннего достоинства земель, классифицируемых по этой инструкции, при разверстании принимаются во внимание и разного рода внешние условия, влияющие на ценность земли, наприм. положение земель при водах, в которых крестьяне имеют право рыбной ловли, близость участка от городов и промышленных заведений и т. п. Сторонам предоставляется право требовать денежного вознаграждения также за те временные стеснения и убытки, которым они могут подвергнуться в своем хозяйстве вследствие необходимости снесения строений, находящихся на отчуждаемом участке и не составляющих усадебной оседлости, потери изгородей, удобрения и т. п. Если на заменяемых крестьянских землях будут находиться огороды, капустники, хмельники или конопляники, то крестьянам предоставлено безвозмездно пользоваться этими угодьями после обмена в течение 3 лет. Очевидно, что строгим осуществлением подобных правил может быть достигнута справедливость в обмене земель, насколько она возможна в таком трудном деле.
Принудительное разверстание в указываемых нами случаях относится только к разверстанию земель помещичьих и крестьянских, другими словами - к разверстанию чересполосности между большим и малым землевладением. Но этот принцип не может быть применен к взаимному разверстанию земель между лицами одной категории землевладения, напр. к разверстанию чересполосности в землевладении крестьянском или между соседними помещиками. В отношениях между двумя категориями представителей поземельной собственности обыкновенный принцип обязательности, основанный на большинстве голосов участвующих в деле лиц, не может быть применен, так как при этом одна сторона почти всегда была бы в меньшинстве, и этой стороной был бы крупный собственник.
Большинство может состоять или из количества собственников данной местности, или из этого количества лиц в соединении с определенными размерами землевладения, или же из одного последнего элемента. Большинство, которое составляемо было бы только из количества лиц, участвующих в чересполосном владении, редко допускается законодательствами. Большей частью законодательства допускают такое большинство, которое составляется из числа голосов и размеров землевладения; этого рода большинство принято законами о разверстании в Пруссии, Гольштинии и Нассау. В Венгрии по Закону 2 марта 1853 г. большинство составляется из 2/3 всего владения. Но во всех этих случаях составления большинства, решение которого было бы обязательно для всех, помещик почти всегда будет в меньшинстве; в первом из этих способов составления приговора его голос будет всегда подавленным количеством мелких собственников, во втором и третьем - почти всегда количеством этих собственников и их собственности. Хотя доля каждого из мелких собственников может быть незначительна, но в совокупности взятые такие доли почти всегда будут подавлять своими размерами поместное землевладение. Очевидно, что в таких случаях приговор большинства всегда будет насилием и несправедливостью.
Обязательный к исполнению приговор большинства, бесспорно, может иметь разумное значение только в отношении взаимного разверстания чересполосных земель между владельцами одной категории.
Конечно, бывают случаи, когда такие приговоры клонятся к вреду частных лиц, входящих в состав меньшинства. Но никто не утверждает, что всякий приговор большинства должен иметь безусловное значение. Так, в Саксонии, по Закону 14 июля 1834 г., для решения вопроса о чересполосности требовался приговор большинства 2/3, считая число собственников и размеры владения, но решение этого большинства получало надлежащую силу только после правительственного утверждения; если правительственные агенты находили, что разверстание может быть вредно для меньшинства, то приговор не получал правительственной санкции и считался недействительным. Такое правительственное наблюдение за интересами меньшинства достаточно гарантирует это последнее от притеснений и разного рода несправедливостей со стороны большинства.
Обязательное взаимное разверстание чересполосных земель по приговорам большинства представителей одной категории частных поземельных имуществ у нас пока не существует, хотя потребность издания закона об этом разверстании уже давно чувствуется. В местностях с землевладением общинным вопрос решается de facto при всяких переделах земли тем же большинством, которым решается вопрос о переделах. Г. Посников в книге "Общинное землевладение" сообщает следующие интересные данные об отношении общины к чересполосному владению.
Для разверстания земель, находящихся в частной собственности, говорит он, если не существует законодательного принуждения, необходимо единогласие всех собственников без исключения. Так как подобное единогласие представляет весьма редкий пример, то законодательства европейских государств должны были признать начало подчинения меньшинства собственников, не согласных на разверстание, решению большинства. В этом отношении общинное землевладение "представляет очевидные преимущества пред частной собственностью; по характеру общинного устройства, несогласия одного или нескольких лиц не могут иметь никакого тормозящего влияния, потому что фактически решения большинства членов обязательны для меньшинства. То начало обязательности, которое потребовалось установить ради целей разверстания для частных собственников особенными законодательными актами, существует у нас при общинном владении издавна и применяется ежедневно без всякого участия и вмешательства высшей власти".
При разверстании весьма важное затруднение встречается, особенно вначале, от недостатка способного и сведущего персонала, которому поручается выполнение работы, особенно кропотливой по разверстанию мелкого землевладения. Всякая ошибка, всякое невнимательное исследование свойств и значения отдельных клочков земли, из которых слагается мелкая собственность поселянина, легко может повести к несправедливости, к расстройству его хозяйства. При господстве подворной собственности необходимо со стороны правительства подготовление такого персонала техников, необходимы значительные расходы на их обучение и содержание. - Таких трудных задач не решает и никаких расходов не несет высшая власть при господстве общинного землевладения. "Общины наши постоянно разверстывают земли, и при всех изменениях они никогда не обращаются к правительственным агентам ни за руководством, ни за материальной поддержкой, ни даже за советом.
Разверстание производится, без всякого ведома и содействия с чьей бы то ни было стороны вообще, самими поселянами по решению большинства крестьян общинников. И так как при этом распределяется земля, качества которой известны поселянам в совершенстве, и так как она измеряется согласно издревле выработанным и завещанным приемом, то нет ничего удивительного, если результат общинного разверстания удовлетворяет каждого члена общины. Способ измерения земли и ее оценки, употребляемый общинниками, может быть своеобразен, ненаучен, но он во всяком случае отличается большой точностью; и было бы хорошо, если бы правительственные агенты всегда оказывались способны распределять земли так, как распределяют ее сами крестьяне (стр. 235 - 245).
Нельзя не согласиться с г. Посниковым, что в настоящее время при общинном землевладении вопрос о разверстании чересполосных земель может быть решаем несравненно проще и легче, чем при частной поземельной собственности. В этом случае находит оправдание себе народная поговорка: нет худа без добра. При общинной форме землевладения, благодаря частым мирским переделам, поселянин не чувствует никаких особых привязанностей к земле, характеризующих собой частную поземельную собственность; он не имеет и экономических побуждений к улучшениям своего участка, требующим затраты капитала на долгое время, так как и самый этот затраченный капитал, и результаты его труда могут быть отняты у него. Из этого-то источника, далеко не привлекательного в хозяйственном отношении, и происходит то, что при общинном землевладении легко может быть решаем вопрос о разверстании чересполосных земель. Не только большинство голосов, но и единогласное решение вопроса при этой форме отношений человека к земле легко составляеся; никто из общинников не дорожит так своей поземельной долей, как дорожит частный собственник, для которого весьма часто тяжело отчуждать свой участок не только по хозяйственным, но и по нравственным причинам.
Последний вид принудительности в деле разверстания - это непосредственно предписываемое законом разверстание. Оно встречается в нашем отечественном законодательстве, а именно в положении о размежевании земель в Черниговской и Полтавской губ. (П. С. Зак. 1859 г. N 35036).
Положением этим предписывается обязательный раздел, производимый даже против воли всех заинтересованных лиц (ст. 101), причем владельцы, количество земли которых превышает в Черниговской губ. 300 десятин, а в Полтавской - 150 десятин, должны быть непременно отмежевываемы в одну отрубную дачу. - По нашему мнению, не может быть оправдываема регламентация форм самого разверстания чересполосных земель. Решение вопроса о том, должны ли быть сведены отдельные полосы чересполосного владения в одно округленное имение или только должно быть уменьшено число таких полос, правильнее всего может быть сделано самими заинтересованными сторонами; решать этот вопрос законодательным путем - значит отнимать возможность руководиться в своих выгодах собственным мышлением. Непременное отмежевание отрубных дач, особенно для мелких поземельных собственников, может быть невыгодно в некоторых частных случаях и в чисто хозяйственном отношении.
В иных случаях, наприм., частные собственники не желают соединения своих разбросанных полос в одно имение, боясь, что наводнения и т. п. обстоятельства могут уничтожить весь труд их; часто бывает и так, что отдельные полосы, отличаясь качественным разнообразием, годны для разных специальных культур, вследствие чего соединение их также невыгодно.
Вообще, если varietas vita est, то сельскохозяйственная жизнь в особенности основывается на разнообразии; между тем всякий строго принудительный закон, которым предписывается та или иная деятельность частных лиц, обнимая собой целые категории людских отношений, тем самым парализует развитие разнообразия и, следовательно, сельскохозяйственной жизни. Вот почему прусская система разверстания чересполосных земель обязательным путем, преследующая идеальную задачу всестороннего уничтожения чересполосности, не может быть названа удачной и выгодной для сельского хозяйства системой. По правилам этой системы, мелкие полосы соединяются в целые участки, в отрубные дачи, которые, по мере возможности, прилегали бы к дворам и составляли бы вместе с усадьбами одно округленное имение.
Между такими округленными владениями должна быть проведена одна узкая дорога, необходимая для общего проезда на главную дорогу (Communications-Weg). Несравненно рациональнее нассауская система, имеющая в виду лишь уничтожение таких форм поземельных участков, при которых возникает так называемая принудительная обработка. Разверстание, произведенное по этой системе, имеет своим результатом не отрубные дачи, но только такие формы и расположение участков, которые возможно более удобны для обработки последних, для провода каналов, для прогона скота, прохода и проезда к ним.
Для достижения последней цели проводятся полевые дороги (Feldund Gemein-Wege). Конечно, эта система не исключает и округления имений, где таковое возможно и желательно, следовательно, предоставляет более простора для свободной хозяйственной деятельности, в каковом отношении она и предпочтительнее прусской системы. Но сама по себе нассауская система не достигает цели - уничтожения вредных последствий чересполосного владения. Для достижения этой цели разверстание земель по этой системе должно сопровождаться постановлениями, которые регулировали бы пастьбу скота и совокупную деятельность сельских хозяев, вытекающую из поземельного соседства.скачать dle 11.0фильмы бесплатно



 
Другие новости по теме:


     
    Разное
    Дополнительно
    Счётчики
     

    Карта сайта.. Статьи