Главная     |     Новости     |     Справка     |     Форум     |     Обратная связь     |     RSS 2.0
Навигация по сайту
Юридическое наследие
Дополнительно


Архив новостей
Октябрь 2013 (14)
Ноябрь 2010 (2)
Июль 2010 (1)
Июнь 2010 (1288)
Май 2010 (3392)
Анонсы статей
»



 

Пермское письмо Сперанского к Императору Александру I

Просмотров: 2 795
Изучая историю царствования Императора Александра I, я долго отыскивал подлинную оправдательную записку Сперанского, присланную знаменитым изгнанником из Перми. Наконец мои поиски увенчались успехом: она оказалась среди бумаг графа Аракчеева и была ему отдана императором Александром. Граф Аракчеев переплел ее и другия важные исторические бумаги в одну книгу с следующим заглавием: "Бумаги, собранные графом Аракчеевым. 1 января 1826 года в С.-Петербурге". На всеподданнейшем подлинном письме Сперанского имеется следующая собственноручная надпись графа Аракчеева: "Получено от Государя 4 апреля 1823 года. Читал 5 апреля все три оные бумаги поутру в 5 часов, в спальне".
Оправдательная записка Сперанского была напечатана два раза: 1) в книге "Дружеские письма графа М. М. Сперанского к П. Г. Масальскому. Спб., 1862. ", 2) в приложениях к сочинению А. Н. Пыпина: "Общественное движение в России при Александре I. Спб. 1885" (второе издание)*(161).

Н. Шильдер.

Всемилостивейший Государь,

При отлучении меня Ваше Императорское Величество, между прочими знаками милостивого внимания, сказали мне: "Что во всяком другом положении дел, менее настоятельном, Вы употребили бы год или два, чтобы точнее рассмотреть и поверить сведения, к Вам о мне дошедший". Из сего я должен заключить, что мнение Ваше о мне еще не решено невозвратно. Впоследствии назначение денежного мне пособия и невидимая, но мне приметная, защита Ваша утвердили еще более сию надежду.
Среди дел столь высокой важности мне казалось непристойным развлекать собою Ваше внимание. Теперь, когда дела сии приемлют вид окончательный, могу ли я ласкаться, что Ваше Величество удостоите исполнить то, что прежде признавали справедливым?
Представляю сие письмо посредством моей дочери*(162), потому что всякий другой путь откровенного изъяснения мне пресечен, и не знаю еще, как и сие дойдет непосредственно до рук Ваших.
Удостойте, Всемилостивейший Государь, внимания объяснения, при сем прилагаемые, не столько из снисхождения к моей судьбе, как по уважению их предмета, судьба моя и без них, по единому движению справедливости и благости Вашей, могла бы решиться; но Государи всегда имеют личную и прямую пользу внимать истине, особенно когда она касается до важных дел государственных.
Есмь с благоговением Вашего Императорского Величества верноподданный М. Сперанский.
В самом начале царствования Ваше Императорское Величество постановили себе правилом, после толиких колебаний нашего правительства, составить наконец твердое и на законах основанное положение, сообразное духу времени и степени просвещения, и следовать ему неуклонно.
От сего единого начала постепенно возникали все главные учреждения Ваши, учреждения, кои, по важности и пространству своему, могли бы прославить самое долголетнее и деятельное царствование, если бы или люди были справедливее, или обстоятельства счастливее.
Исполнители, коих Ваше Величество употребляли в сем деле, каждый попеременно, в свою очередь, были предметом зависти, клеветы и злословия в большей или меньшей степени. Сему и быть надлежало, когда Ваше Величество и сами нередко встречались с так называемым общим мнением, коего привычка и страсти не терпели перемен в настоящем и страшились их еще более в будущем.
Невзирая на сие, через 12 лет Ваше Величество постоянно следовали сим путем. Менялись люди, изменялись планы; но главная мысль и намерение оставались непременными.
До 1808 года я был почти только зрителем и удаленным исполнителем сих преобразований; но мысли мои и сердце всегда следовали за ними. Когда в 1808 году Вашему Величеству угодно было поручить мне через графа Кочубея, в начальстве коего я тогда служил, составить план преобразования судебных и правительственных мест в империи, я принял сие поручение с радостью и исполнил его с усердием.
В конце 1808 года, после разных частных дел, Ваше Величество начали занимать меня постояннее предметами высшего управления, теснее знакомить с образом Ваших мыслей, доставляя мне бумаги, прежде к Вам вошедшия, и нередко удостоивая провождать со мной целые вечера в чтении разных сочинений, к сему относящихся.
Из всех сих упражнений, из стократных, может быть, разговоров и рассуждений Вашего Величества надлежало, наконец, составить одно целое.
Отсюда произошел план всеобщего государственного образования.
В существе своем он не содержал ничего нового; но идеям, с 1801 года занимавшим Ваше внимание, дано в нем систематическое расположение.
Весь разум сего плана состоял в том, чтоб, посредством законов и установлений, утвердить власть правительства на началах постоянных и тем самым сообщить действию сей власти более правильности, достоинства и истинной силы.
В течение с лишком двух месяцев занимаясь почти ежедневно рассмотрением его, после многих перемен, дополнений и исправлений, Ваше Величество положили, наконец, приводить его в действие.
Блистательнее, может быть, было бы все установления сего плана приуготовить вдруг, открыть единовременно: тогда они явились бы все в своем размере и стройности и не произвели бы никакого в делах смешения. Но Ваше Величество предпочли твердость сему блеску и признали лучшим терпеть на время укоризну некоторого смешения, нежели все вдруг переменить, основавшись на одной теории. Сколько предусмотрение сие ни было основательно, но впоследствии оно сделалось источником ложных страхов и неправильных понятий. Не зная плана правительства, судили намерения его по отрывкам, порицали то, чего еще не знали, и, не видя точной цели и конца перемен, устрашились вредных уновлений.
Пройду кратко все установления, от плана сего возникшие, дабы означить, как вместе с ними возникала и расширялась клевета и ненависть, всегда их преследовавшие.
I. Совет. Учреждение сие, за месяц прежде открытия, сообщено было графу Николаю Ивановичу, графу Завадовскому и к. Лопухину. Словесно и письменно они его одобрили. Все последствия его оправдали. Но одни видели в сем установлении подражание Французскому, хотя, кроме разделения дел, ничего они не имеют общего. Другие утверждали, что разум сего учреждения стесняет власть Государеву. Где и каким образом? Не по Государеву ли повелению дела вносятся в Совет? Не единым ли словом его? Но зависть и клевета лучше желают казаться слепыми, нежели быть безгласными.
II. Министерства. В манифесте 1802 года обещаны были подробные учреждения или инструкции министрам, но до 1810 года их не было. Беспорядок и смешение, при личных взаимных недоразумениях, доходили до крайности. Ваше Величество, стоя в средоточии дел, в собственной работе Вашей с министрами, более всех сие чувствовали и почти ежедневно напоминали мне о необходимости сего учреждения. По мыслям Вашего Величества составлен был план, внесен на рассмотрение председателей Совета, всеми единогласно одобрен и потом принят в Совете. На сем основан был манифест о разделении министерств и составлен общий устав.
В разделении министерств допущена некоторая от прежнего перемена в размещении или, так сказать, в рамах дел; но рамы сии никогда не могли быть неподвижны и на будущее время несколько раз еще измениться могут. Из сей перемены возникли два новые министерства: полиции и контроля; но первое учреждено по собственному и личному убеждению Вашего Величества в его необходимости, а второе основано на порядке счетов, неоспоримом и очевидном.
Общий устав постановил самые точные пределы отношениям и власти министров. Смею утверждать с достоверностью, что ни одно государство в Европе не может похвалиться учреждением столь определительным и твердым. Оно лежит теперь покрыто пылью и прахом; но время и опыт восстановят его и оправдают.
Надлежало приступить к частным уставам. Возложено было на самых министров составить проекты, дабы после пересмотреть их и привесть в единство.
Здесь каждый министр, считая вверенное ему министерство за пожалованную деревню, старался наполнить ее и людьми и деньгами. Тот, кто прикасался к сей собственности, был явный иллюминат и предатель государства - и это был я. Мне одному против осьми сильных надлежало вести сию тяжбу. У одного министра финансов, не говоря о других, убавлены целые два департамента и, сверх того, несколько отделений, и таким образом уменьшены штаты ежегодно более ста тысяч рублей. В самых правилах наказа надлежало сделать важные перемены, отсечь притязания власти, привести ее в пределы, преградить насильные завладения одной части над другою, и, словом, все сии наказы во все переделать. Можно ли было сего достигнуть, не прослыв рушителем всякого добра, человеком опасным и злонамеренным?
Другие, может быть, меня счастливее, совершат сию работу; но совершить ее необходимо, ибо как скоро одно министерство движется по данному направлению, то вместе с ним должны идти и другие; иначе друг друга затруднять будут, как то опыт уже и доказал и доказывать будет.
Между тем как занимались сею работою, Ваше Величество подтверждали мне многократно об образовании Сената.
III. Сенат. Образование Сената было в необходимой связи с учреждением министерств. Не могут два сии установления идти на двух началах, совершенно противоположных.
 

 

О крепостных людях

Просмотров: 2 314
Во времена Уложения два рода людей были в крепостном состоянии: крестьяне и дворовые люди.

Состояние крестьян по Уложению.
Крестьяне разделялись на два вида: одни жили на землях поместных и назывались людьми и крестьянами помещичьими, другие жили в вотчинах и назывались крестьянами вотчинными или просто крестьянами. Вотчинных крестьян можно было продавать и закладывать не иначе как с вотчиной. Нет никакого следа в Уложении продажи крестьян без земли. Крестьян поместных нельзя было ни продавать, ни закладывать; но можно было самые поместья, вместе с ними, менять и сдавать другому. Право иметь вотчины и крестьян принадлежало: Государю, дворянству, монастырям и именитым людям Строгановым.
Состояние дворовых людей по Уложению.
Дворовых людей было три рода: 1) старинные, полные холопы; 2) кабальные люди; 3) деловые люди.
1) Полные холопы.
Старинные или полные холопы были первоначально пленные; впоследствии к ним причислены и кабальные люди, отдавшие себя в крепость с потомством; а как сей последний род укрепления не мог быть иначе совершаем как с доклада Государю, то сии холопы и назывались докладными.
Не только дворянство, но и все вообще состояния могли иметь полных и докладных холопов.
Власть над ними, исключая права жизни и смерти, была почти неограниченна: их можно было продавать, закладывать, дарить и в приданое отдавать. Они были в истинном смысле собственность господина и причислялись к животом его, т. е. к движимому имуществу, с тем токмо различием, что в праве по сему имуществу разбиралось в особенном Приказе, именовавшемся Приказом Холопьим.
2) Кабальные люди.
Кабальные люди или кабальные холопы были люди, кои или сами себя отдавали в крепостную службу-по жизнь владельца, или отдавались законом за долги, или властью Государя кому-либо за бесчестье, что называлось отдать или выдать головой.
Право иметь кабальных людей принадлежало всем состояниям, и всех состояний люди, исключая дворянство и духовенство, могли отдавать не только себя, но и детей своих в кабалу. Кабальных людей нельзя было ни продавать, ни закладывать: по смерти владельца они были свободны, хотя бы отданы были и в приданое, и, освободясь от одной кабалы, могли вступить в другую.
Сей род укрепления продолжался и после Уложения, но потом вовсе прекращен.
3) Деловые люди.
Деловые люди были крестьяне, коих помещики, вместо пашни, брали на господское дело и употребляли к ремеслам, в сельском хозяйстве необходимым. Для сих ремесел в поместьях, вотчинах и особенно в монастырях учреждаемы были так называемые деловые дворы. Люди, в деловой двор взятые, сперва считались крестьянами, но дети их и потомки, во дворе родившиеся, размножаясь со временем, составляли уже разряд, особо от крестьян в законах упоминаемый. Размножению их в поместьях и вотчинах Закон не полагал ни меры, ни препятствий. В одной только Москве и окрестностях ее существовало для сего, да и то слабое, ограничение. Впрочем, сей разряд людей пред Законом ничем существенно от крестьян не различался. Нет никакого следа в Уложении, чтоб сии дворовые люди могли быть продаваемы или закладываемы без земли.
Изменение в сословии крестьян и дворовых людей после Уложения и новый крепостной порядок.
Сей вещей порядок, с некоторыми частными отступлениями, продолжался от Уложения до 1719 года. Первая ревизия произвела в нем важные изменения.
В писцовых книгах, прежде ревизии бывших, писалась земля с людьми, на ней поселенными; а в ревизию велено вносить людей без земли. По писцовым книгам подать расчисляема была по земле и по дворам; поместья продаваемы были в вотчину по количеству земли и дворов; служба отправляема была также по земле; словом, все прямые подати и повинности, казенные и частные, утверждались на земле. Ревизия все основала на лице; подати большей частью стали личными, а с земли положен особый оброк, - служба обращена в рекрутство, не по земле, но по числу лиц. Сверх сего, в писцовых книгах вносимы были одни только крестьяне, на землях живущие, и никогда не смешивались с ними ни полные холопы, ни кабальные люди; напротив в ревизии все сии звания смешивались воедино, все положены в одинаковый оклад и рекрутство.
Таким образом, с первой ревизии 1719 г. возникли два понятия о крепостном личном праве: 1) что крестьяне и холопы пред Правительством суть одно и то же; 2) что те и другие равно суть принадлежность лица, а не земли, ибо не за землю и не по земле, но за помещиком они положены в ревизии.
В последующих ревизиях, и особенно во второй 1743 года, понятия сии еще более утвердились. Не только частные владельцы, но и Правительство находило в них свои пользы: верность в расчете подушных податей и особенно верность в рекрутской повинности. По одному ревизскому счету можно было с точностию наперед исчислить и государственный доход, и количество рекрутов. А как в обоих сих расчетах для Правительства не составляло никакой разности - на пашне ли состоят люди, или во дворе, ибо, как выше сказано, крестьяне и дворовые равно обложены податью и равно подлежат рекрутству, то и не представлялось тогда никакой причины ограничивать число дворовых людей или различать их от крестьян. Для ведома токмо велено писать их особой статьей.
До ревизии жалуемы были от государей в собственность вотчины. Под сим пожалованием всегда разумелась земля; люди же, на ней живущие, не числом душ, но вообще считались ее принадлежностью. Напротив, в указах и грамотах после ревизии жаловали уже прямо числом душ, а земля считалась принадлежностью жалуемой вотчины. Таким образом, предметом пожалования, а следовательно, и правом собственности, были уже прямо люди, а косвенно земля, на коей они жили.
Сообразно сему понятию изменена Правительством и форма купчих крепостей, ибо помещик мог продавать только то, чем он владел и что ему было пожаловано; а он владел и был жалован людьми.
Открытие Заемных Банков распространило сии понятия и на крепости закладные. Правительство не могло вверить своих капиталов под залог земель, коих цена не определена; посему оно утвердило займы на том, что составляет ценность земли, - на людях.
Все сии причины в совокупности изменили крепостное личное право, в Уложении постановленное, и образовали право новое, от прежнего отличное, хотя столько же законное: ибо как прежнее, так и настоящее равно основаны на точных словах и разуме законов.
Сравнение прежнего крепостного порядка с настоящим.
Существо прежнего крепостного права состояло в следующем:
I. Крестьяне суть принадлежность вотчины и от нее не могут быть отделены ни продажей, ни залогом; но с одной земли на другую тем же помещиком они переселены быть могут.
II. Дворовые люди, т. е. старинные и полные холопы и их потомство, принадлежат помещику лично в собственность; а потому и проданы и заложены быть могут, каждое лицо отдельно.
III. Дворовые люди из кабальных принадлежат помещику по жизнь его; но ни проданы, ни заложены быть не могут.
IV. Дворовые люди, из крестьян во двор взятые, принадлежат вотчине и считаются наравне с крестьянами.
Существо нового или настоящего крепостного права состоит кратко в следующем:
I. Крестьяне, равно как и земля, на коей они живут, принадлежат помещику. Земля составляет недвижимое его имущество, а крестьяне суть имущество его движимое. (Во многих указах крестьяне именно признаны движимым имуществом). И хотя сие движимое имущество по ревизии приписывается к недвижимому, к деревне и к земле, но как земля без крестьян, так и крестьяне без земли могут быть проданы, заложены, переселены, во двор взяты и даже в ссылку, по воле помещика, за проступки их, без суда, могут быть сосланы.
II. Дворовые люди, из какого бы состояния первоначально они ни происходили, суть точно такое же движимое имущество помещика, как и крестьяне; никакого существенного различия закон между ними не полагает. Владелец, не имеющий земли, может приписать их в ревизии к своему дому; но как дом без них, так и они без дому проданы быть могут.
 

 

Период пятый. С 1802 по настоящее время

Просмотров: 2 363
I. Совет

Власть законодательная в России столь нераздельна с властью самодержавной, что никакой закон не может исходить как токмо от верховного начала всех законов - от Государя.
Следовательно, существо законодательных наших установлений состоит единственно в совещательном соображении, т. е. в том: 1) чтоб признать и удостоверить необходимость нового закона; 2) чтоб составить проект закона и представить его на усмотрение единой истинной власти - законодательной власти Государя.
Сии законодательные соображения принадлежали прежде Ближней Канцелярии и Сенату. По учреждении в 1726 году Верховного Совета, они разделились между ним и сим установлением; но как сила и само имя Совета многократно изменялись, и даже действие его было прекращаемо, и потом, по случаю войны, паки восстановлено, то и право законодательных соображений между ним и Сенатом колебалось.
В 1801 году состояние прежнего Совета в указе 26 марта изображено с точностью следующими словами: "Находя, что учрежденный при Дворе нашем Совет в начале своем составлен был только на время случившейся тогда войны и впоследствии был редко занимаем предметами существенными, доселе носил одно имя Государственного Установления, без ощутительного влияния на дела общественные, мы признали за благо его упразднить, повелевая членам его остаться при тех же должностях и местах, где они по званию каждого состоят, и предоставляя себе для уважения государственных дел и постановлений учредить Совет на особенных правилах, о составе коего не оставим мы в свое время объявить нашу волю Сенату".
Сей Совет на особенных правилах вслед за тем, чрез четыре дня по упразднении прежнего, действительно учрежден. В указе 30 марта изображено: "Для рассмотрения и уважения государственных дел и постановлений, вместо временного при Дворе нашем Совета, признали мы за благо учредить при нас на особенных правилах Совет непременный, составив его из лиц, доверенностью нашей и общей почтенных, коих число не ограничивая и предоставляя себе их определение и уменьшение, назначаем на сей раз членами Совета (следуют имена лиц, всего числом 12). В основание действий сего Совета дали мы ему особенный наказ. И как по силе оного, Совет должен снабдить себя всеми сведениями, до государственных частей относящимися, то о доставлении их, по требованию его, Сенат имеет учинить точнейшие надлежащим местам предписания".
Таким образом, в 1801 году вместо Совета временного учрежден Совет непременный-непременный не в лицах, его составляющих, но непременный в его установлении.
Состав сего Совета не был разделен на Департаменты; но дела его, в порядке их производства, разделены были на 4 части: 1) дела по внешним сношениям, или политические, и внешней торговли; 2) дела военные; 3) дела хозяйственные; 4) дела судебные. Каждой частью управлял Статс-Секретарь с небольшим числом канцелярских чиновников.
Главная цель Совета определена Наказом, тогда же ему данным. Сила сего Наказа состояла, кратко, в уполномочии сделать пересмотр всех законов и постановлений и составить проекты перемен и исправлений. В сем составлении Комиссия законов, которая вслед за тем (указом 5 июня) принята была под собственное ведение Государя Императора, должна была Совету содействовать.
I. Существо Совета*(158). От бездействия ли сей Комиссии, от состава ли Совета, от недостатка ли внутреннего его устройства или от порядка Государственных Установлений, Совет составляет сословие, в коем все части управления в главных их отношениях к законодательству соображаются и чрез него восходят к Верховной Императорской власти (статья I).
II. Предметы. Все Законы, Уставы и Учреждения в первообразных их начертаниях предлагаются и рассматриваются в Государственном Совете и потом действием Державной Власти поступают к предназначенному им совершению. Никакой закон, устав и учреждение не исходит из Совета и не может иметь совершения без утверждения Верховной власти (статьи II и III).
III. Состав. Совет составляется из особ, Высочайшей доверенностью в сословие сие призываемых. Члены Совета могут иметь звание в порядке судном и исполнительном. Министры суть члены Совета по их званию. В Совете председательствует Император. В отсутствие Императора место Председателя занимает один из Членов по Высочайшему назначению. Назначение Председательствующего в Государственном Совете возобновляется ежегодно. Совет разделяется на Департаменты. Каждый Департамент имеет определенное число членов, из коих один председательствует. Министры не могут быть Председателями Департаментов. Члены всех Департаментов составляют Общее Собрание Совета. Члены Совета, при определении коих не будет назначен особенный Департамент, присутствуют в Общих Собраниях. Распорядок Членов по Департаментам возобновляется каждые полгода по Высочайшему усмотрению. Присутствия Департаментов и Общих Собраний имеют положенные дни; но по уважению дел во всякое время они могут быть созваны особенным Высочайшим повелением (статьи VI до XVI).
IV. Образ производства дел постановлен совещательный с подробным изъяснением правил, порядок рассуждений определяющих.
При Государственном Совете, в то же время и тем же Уставом, учреждены три установления: 1) Комиссия Законов, 2) Комиссия Прошений, и 3) Государственная Канцелярия.
Комиссия Законов учреждена для составления проекта законов и внесения их в Государственный Совет.
Комиссия Прошений учреждена для принятия и предварительного рассмотрения жалоб на Департаменты Сената и на Министерства и для представления их в Совет.
Государственная Канцелярия учреждена для производства всех дел, в Совет входящих.
По устроении таким образом Совета три главные дела предложены были его уважению: 1) первая часть проекта Гражданского Уложения; 2) Общий и частный Уставы Министерств; 3) план Финансов.
Для сих дел назначен был особенный день Общих Собраний, и в сей день председательствовал в Совете Государь Император. Рассмотрение сих главных предметов и разные финансовые меры заняли все время в течение 1810 и 1811 годов. Особенный день в неделе, именно четверток, назначен был для дел текущих.
С войной 1812 года сей порядок изменился. Рассмотрение Уложения прекратилось; дела финансовые разошлись по разным временным Комитетам, и Совет, перестав быть местом соображений для законодательства, сделался местом судебным по делам, из Сената входящим.
 

 

Период четвертый. С 1797 по 1802 год

Просмотров: 2 809
I. Совет

Совет оставался в прежнем положении.

II. Сенат

В Сенате введены следующие важные перемены:
От прошедшего царствования осталось множество дел нерешенных, как в Сенате, так и по докладам к Государыне Императрице внесенным; посему признано было нужным:
1) для ускорения производства дел в Сенате учредить Временные Департаменты, т. е. к шести прежним прибавить еще четыре.
2) для преграждения излишних докладов и для доставления Сенату способов решить дела окончательно, положено переменить прежнее правило единогласных решений и ввести новое, на простом большинстве голосов основанное.
Сколько от сих двух мер течение дел ускорилось, столько или еще более оно затруднилось от трех следующих того же времени постановлений:
1) Решения Палат в тяжебных делах, по силе Учреждений, с самого их введения по 1797 год, т. е. в течение с лишком 20 лет, приводимы были в исполнение, несмотря на перенос их в Сенат. В 1797 году велено вместе с переносом остановлять и исполнение. Посему все почти дела, кроме самых маловажных, начали переходить в Сенат, и число их ежегодно возрастало, так что, сравнивая количество входящих с исходящими, в 1801 г. само учреждение Временных Департаментов признано было недостаточным.
2) В 1797 году открыт свободный и почти неограниченный путь к жалобам Государю. По сим жалобам, большей частью к Генерал-Прокурору отсылаемым, собрав сведения и сделав предварительный доклад о состоянии дела, он весьма часто получал и объявлял Сенату повеления или о решении дел без очереди, или о переносе в Общее Собрание, или вообще об ускорении. По всем сим повелениям дела не могли уже получать окончательного в Сенате решения; но должны были поступать прежде на Высочайшее усмотрение рапортами. Сей длинный путь впоследствии сделался путем обыкновенным. Ничто почти не решалось окончательно порядком установленным. Власть Генерал-Прокурора утвердилась в виде постоянной и необходимой инстанции. 3) Все тяжебные дела между казной и частными людьми доселе производимы были тем же общим порядком, как и тяжбы частные, с тем только различием, что тяжбы казенные по крепостям входили во 2-й Департамент Сената, а по договорам в 1-й, частью же в 3-й и 5-й. Сей столетний порядок в 1799 году изменился, и для тяжб сего рода учреждено особое многосложное судопроизводство. В Палатах не могли они быть решаемы без участия Казенной Палаты, в Сенате без участия Правительства и нигде без именного указа. Отсюда возник обширный и многосложный ряд дел, из коих ни одно - ни большое, ни малое - не могло в обыкновенном судебном порядке получить окончания. Впоследствии в самом Сенате учреждена в сих делах особая инстанция: все они должны были переходить в Общее Собрание, а потом, хотя бы решение Общего Собрания и было единогласно, хотя бы даже и сам Управляющий тою частию, к коей принадлежит спорное имущество, признал оное правильным, дело должно было поступить в Сенат и оттуда к Государю. Можно с достоверностью сказать, что самая большая часть всех тяжебных дел изъята из общего судебного порядка, и изъятие сие сделалось равно почти самому правилу. До какой степени сие установление могло быть полезно в финансовых отношениях, сие может быть предметом другого отдельного вопроса; но то достоверно, что сим затруднился ход дел и чрезмерно умножилось их количество.
 

 

Период третий. С 1775 по 1797 год

Просмотров: 1 335
I. Совет

Совет оставался в прежнем его положении.

II. Сенат

Состояние Сената не само по себе, но по устройству мест, ему подвластных, изменилось. С введением нового в губерниях учреждения дела судебные, прежде из двух только Коллегий (Юстиц- и Вотчинной) в Сенат вступавшие, стали входить из 42 Палат Гражданских и Уголовных, а дела правительственные вместо четырех или пяти Коллегий - из 42 Палат Казенных и стольких же Губернских Правлений.
Порядок производства сих дел оставался в Сенате прежний, Генеральным Регламентом 1720 года установленный, и между тем как в Учреждении Губернском дела правительственные и судебные были уже отделены не токмо в месте их ведомства, но и в образе их производства, в Сенате они оставались еще в прежнем их смешении. Дела правительственные ведались и в 1-м, и 3-м, и в 5-м Департаментах, и во всех сих местах они производились тем же самым внутренним обрядом, какой установлен для дел судных.
Явная несообразность, крайняя медленность и затруднения, от сего происходившие, не могли укрыться от прозорливого усмотрения Императрицы Екатерины. Из оставшихся после Нее бумаг видно, что около 1781 года, т. е. пять лет спустя после введения Учреждения, ее Величество помышляла уже о преобразовании Сената. Труд сей, занимавший внимание ее много лет, доведен был почти до совершения. Мысль Государыни состояла, кратко, в следующем: устроить Сенат на тех же главных началах и с тем же в роде дел разделением, как устроено губернское управление. 1-й Департамент Сената должен был соответствовать Губернскому Правлению; 2-й - Казенной Палате; прочие Палатам Уголовной и Гражданской. Для дел важнейших полагаемо было устроить в Сенате Верховный Уголовный и Верховный Совестный Суд. Сенат учредить в обеих столицах, в Киеве и Казани. Кончина ее Величества пресекла все сии предположения.
 

 

Порядок докладов

Просмотров: 2 828
По делам Совета, когда Высочайшего присутствия в оном не было, протоколы подносимы были лицами, к тому особенно определенными.
По делам Сената доклады восходили через Генерал-Прокурора.
Непосредственные доклады от Коллегий, исключая трех первых, в сем периоде в одних совершенно прекратились, а в других были весьма редки. Важнейшие дела их, проходя чрез Сенат, стекались к Генерал-Прокурору.
Таким образом, все дела судебные и все предметы внутреннего управления окончательно стекались в одни руки и через Генерал-Прокурора восходили на Высочайшее решение.
В докладах по жалобам в сем периоде произошло важное изменение. На Коллегии в Сенат не было апелляции. Рекетмейстер имел только право, приняв жалобу, истребовать дело из Коллегии и предложить его к пересмотру в Сенате.
Указом 30 июля 1762 г. установлены новые правила апелляции, и в том числе разрешен и перенос дел из Коллегий прямо в Сенат. Сим звание Рекетмейстера изменилось. Вместо того что он стоял между Коллегиями и Сенатом, он стал уже между Сенатом и Государем, ибо хотя прежний закон, воспрещающий жалобы на Сенат, и не отменен положительно, но частыми изъятиями он лишился своей силы. Жалобы на Департаменты Сената были поручаемы рассмотрению Генерал-Рекетмейстера, и, по докладу его, решения Сената особыми указами нередко были отменяемы. Реже, но были примеры подобных жалоб и таковых же отмен в решениях и Общего Сената Собрания.
При общем обозрении Государственных установлений в сем периоде следующие заключения сами собой представляются:
 

 

Коллегии

Просмотров: 1 346
Состав и власть Коллегий, исключая трех первых и двух судебных, в сем периоде весьма часто изменялись. Так, например, Берг-Коллегия то соединяема была с Мануфактурною, то отделяема*(150). В 1727 году дела сей последней и все фабрики отданы в ведомство Коммерц-Коллегии; для неважных же дел, вместо Мануфактур-Коллегии, определены временные собрания фабрикантов, коим дозволено все неважные определения чинить без протоколов, а о важных доносить Коммерц-Коллегии*(151). Над фабрикантами вместо Коллегии назначен один протектор, Сенатор Новосильцов, а для дел коммерческих составлена особая Комиссия о Коммерции*(152). Сей порядок в 1729 году опять изменился*(153), а через два года потом*(154) все три Коллегии: Берг-, Мануфактур- и Коммерции, соединены вместе.
Приметить при сем должно, что важнейшие постановления того времени исходили не токмо без участия, но часто и без ведома Коллегий. Таковы суть: Берг-привилегия и Горный Устав по Горному Управлению, Вексельный устав 1727 г. по делам коммерческим и тому подобные.
 

 

Сенат

Просмотров: 1 987
С учреждением Верховного Тайного Совета состояние Сената изменилось. Хотя состав его и образ производства дел оставались те же; но в предметах его действия и во власти он перестал быть Правительствующим и назван Высоким*(146). В сем положении он сравнен был даже с Коллегиями, из коих с тремя первыми и сноситься ему велено не иначе, как промемориями. Не без намерения в указах того времени употреблено было выражение "донесения от Сената и других Коллегий"*(147).
Сей Высокий Сенат указом 1730 марта 4 вместе с Верховным Советом велено было оставить, а для правления быть Правительствующему Сенату. Но с возвращением имени не возвращена ему прежняя власть, ибо вскоре после того Кабинет (указом 1731 ноября 10), вместо Совета учрежденный, вступил во все почти права его и сохранил их до 1741 года.
В сем году, с уничтожением Кабинета, восстановлен Сенат в прежнюю его силу, т. е. в нем по-прежнему соединены и суд и предметы управления. Но сия власть в 1765 году паки ограничена учреждением Конференции, и сие продолжалось до восшествия на престол Императрицы Екатерины.
Совет, в 1768 году учрежденный, не произвел во власти Сената существенной перемены; весьма редко дела его в Совет поступали.
Таким образом Сенат, как установление вместе судебное и правительственное, продолжал бытие свое во время царствования Императрицы Екатерины.
В течение сего времени в составе его, образе производства дел и степени власти произошли перемены:
1) Перемены в составе. В 1763 году Сенат разделен на департаменты. Сие разделение еще в 1730 году было предполагаемо*(148), но не было приведено в действие.
По образованию 1763 г. каждому Департаменту присвоена власть целого Сената, так что единогласное решение Департамента вступает само собой в силу закона. По одному только разногласию или Сенаторов или Обер-прокурора дело переходило в Общее Собрание.
 

 

Совет

Просмотров: 1 946
Совет, существовавший при Петре Великом как установление совещательное, под именем Ближней Канцелярии, по кончине сего Государя восприял другое имя, имя Верховного Тайного Совета и вместе с тем получил другую власть и другое бытие.
В указе 8 февраля 1726 года сказано, что некоторые из лиц, присутствовавших в Сенате, часто имеют по должности своей, яко первые Министры, тайные советы о политических и о других делах и что оттого, что они обязаны присутствовать в Сенате, чинится им в первом и весьма нужном деле, в Тайном Совете, помешательство.
Совет Верховного Тайного Совета. Он учрежден при Дворе из первых Сенаторов с председательством в нем самой Императрицы*(134).
Предметы. Они с точностью не означены; но вообще ведомству его вверены все дела важные, государственные*(135), как внешние, так и внутренние.
Образ производства дел. О внутреннем распорядке дел в сем Совете ничего гласно не было постановлено. Сношения его с Сенатом и с Коллегиями учреждены в виде указов и доношений. Форма указов установлена двоякая: одна за Высочайшим подписанием, а другая за подписью Действительного Статского Советника Степанова по Ее Величества указу. Та и другая форма должна была иметь вид Манифеста и в окончании содержать слова: дань в Нашем Верховном Тайном Совете*(136). Доношения от Сената и Коллегий должны были быть обращаемы прямо на имя Ее Императорского Величества, но с надписью внизу: к поданию в Верховном Тайном Совете*(137).
Власть, ее пределы и ответственность. Совету присвоена власть не только совещательная, но и власть действительного управления. От него исходили указы Сенату, Коллегиям и низшим местам. Он входил даже в подробности управления: принимал жалобы и челобитные, назначая для сего особые дни*(138); требовал ведомостей о недоимках, об отписных деревнях, дворах и лавках*(139). Сей толико обширной власти не было других пределов, кроме власти Императорской, пред коей одной Совет во всех делах его непосредственно ответствовал.
 

 

Порядок докладов

Просмотров: 1 705
Власть законодательная, правительственная и судебная, действуя в разных установлениях, всегда остается соединенной и нераздельной в Особе Государя.
Между сей властью нераздельной и установлениями, в коих она действует раздельно, должен быть учрежден порядок сношений, и учреждение сего порядка составляет само по себе весьма важную часть государственного управления.
Порядок, коим дела в первом периоде восходили на окончательное Высочайшее усмотрение, т. е. порядок докладов состоял в следующем.
В Совете или Ближней Канцелярии доклад был непосредственный, ибо Государь сам тут присутствовал.
В Сенате доклад мог иметь три вида: по разногласию Сенаторов, по разногласию Генерал-Прокурора и по недостатку законов. Исключая те случаи, когда Государь сам председательствовал в Сенате, все сии доклады восходили к нему посредством Генерал-Прокурора и через него же исходили Высочайшие решения.
В Коллегиях доклад производим был двояко: через Сенат, и, следовательно, через Генерал-Прокурора, и прямо через их Президентов. Из дел видно, что сей последний путь был предпочитаем.
По разуму узаконений того времени, жалобы частных лиц ни в каком случае не должны были непосредственно восходить к Государю. Челобитные на медленность или неправильность решений могли быть приносимы на Нижние Провинциальные Суды в Судах Надворных, а на Надворные-в Коллегиях. Далее сего жалобы челобитные прямым путем не восходили. За непосредственные жалобы Государю на Сенат положена смертная казнь, а на Коллегии-каторжная работа*(125). Но как в Коллегиях могла быть и медленность и неправда, то посему надлежало установить порядок, коим жалобы могли восходить к Сенату. Для сего учреждено звание Рекетмейстера*(126).
Предметы. Действию сей власти подлежали все дела, в Коллегиях производимые.
Образ производства дел у Рекетмейстера был двоякий: 1) по жалобам на медленность он обязан был сам ходить в Коллегии, удостоверяться в положении дела, побуждать Президента и доносить Сенату*(127). 2) По жалобам на неправые решения он обязан был, с доклада Сенату, брать к себе дела, составлять из них выписки и с рукоприкладством челобитчиков и членов Коллегии представлять сии выписки Сенату для пересмотра и решения*(128). Сей последний образ производства вскоре, и именно в апреле месяце того же года, несколько изменился. В указе о должности Сената (апреля 27-го 1722, пункт. 4) постановлено, чтоб Рекетмейстер о неправостях Коллегии доносил Государю, а в отлучках Императорских предлагал Сенату,
Власть Рекетмейстера состояла в побуждении к скорейшему решению в Коллегиях. Пределы сей власти состояли в том, что Рекетмейстер ничего сам не мог решить, даже не давал по делу и мнения, но обязан был токмо составить выписку, представить ее на усмотрение Сената и требовать его решения*(129).
Ответственность. "Ежели Рекетмейстер жалоб для какой страсти принимать не будет, и тем людям бить на него челом в Сенате"*(130).
В сем кратко состоит образование Государственных установлений в первом периоде бытия их.
Четыре главные недостатка представляются в сем образовании.
 

 

Коллегии

Просмотров: 2 116
Беспорядки и злоупотребления бывшего прежде личного приказного управления представляли необходимым ввести порядок коллегиальный. Еще в 1714 году*(110), прежде учреждения Коллегий, велено в Сенате и в губерниях в военных и гражданских делах все решения производить протоколами не одному лицу, но всем, к тому приставленным; а дьякам и секретарям запрещено под смертной казнью крепить и рассылать указы прежде подписания протоколов; но как в сие время не имели еще точных понятий ни о протоколах, ни о коллегиях, то и угрозы сии оставались без действия.
К учреждению Коллегий приступлено тем, что в 1715 году через Министра нашего в Копенгагене истребованы Уставы Датские.
Предполагаемо было даже вызвать оттуда и Советников, кои бы, обучась по-русски, могли способствовать к их образованию: ибо, как сказано в собственноручной Государевой записке, "всех циркумстанций в книгах не пишут". Вслед за тем поручено выписать и Уставы Шведские.
Наконец, в 1718 году явилось учреждение Коллегий*(111). В течение двух лет их учреждено было девять. В 1720 году*(112) дан им общий Генеральный Регламент, и с сего времени указ 1714 года вошел в свою силу, то есть велено все дела производить коллегиальным порядком. Не только все дела управления, но и все дела высшего суда размещены были в сих установлениях. Суд не был еще тогда отделен от прочих управлений. Так, Коммерц-Коллегия не токмо управляла делами торговыми, но и судила торгующих; Берг-Коллегия ведала судом заводчиков, Мануфактур-Коллегия-фабрикантов, и так далее. Ведомство же высшего суда по делам земской собственности, так же как и по делам уголовным, вверено было Юстиц-Коллегии и Вотчинной Коллегии.
Состав Коллегий. Каждая Коллегия слагалась по роду и количеству дел из Отделений или Экспедиций и каждая из сих Экспедиций вверялась Президентом Советнику, или Асессору, в особенное надзирание и попечение; над всеми же ими Президент должен был иметь генеральную и верховную дирекцию*(113). Хотя определение членов зависело от Сената, но Президент имел над ними следующую власть: и) он мог о тех из них, коих найдет мало разумными или слабыми, представлять Сенату, чтоб искуснейших определил; 2) o нерадивых, если по увещанию его они не исправятся, представлять также Сенату; 3) наконец, тех из них, от нерадения коих вредительная в делах остановка учинится, Президент мог или понизить в чине (т. е. в должности), или и весьма отставить*(114). Один день в каждой неделе, и именно в четверток, все Президенты обязаны были съезжаться в Сенатскую Палату, и следовательно, день сей был общим собранием всех Коллегий в Сенате в лице их Президентов*(115). Впоследствии, когда найдено было, что сии собрания отвлекают Президентов от дел их, определены были указом 12 января 1722 г. вторые президенты для присутствия в Сенате.
 

 

Сенат

Просмотров: 1 339
Учреждению Сената предшествовал некоторый распорядок в губернском и уездном управлении. В 8 губерниях определены губернаторы, в провинциях правили воеводы, в городах - коменданты и ратуши, в уездах - ландраты и комиссары. Всем сим местным начальствам постановлено в 1711 году одно средоточие: Сенат.
Под именем Сената должно различать два разных установления: одно временное, другое постоянное.
Сенат в 1711 году учрежден был по случаю и на время отсутствия Государя, с той же властью и сообразно тому же правилу, какое и прежде в отсутствие наблюдалось. Учреждение сие было необходимо, потому что Совет, или Ближняя Канцелярия, как место совещательное, не могла управлять Государством, и сверх того особы, ее составлявшие, следовали за Государем.
Сей Сенат был сословие 8 особ, коим, на случай отсутствия, по старому обычаю приказано было Государство. Особый наказ определял главные его предметы: суд, дела финансовые и попечение о Китайской и Персидской торговле*(97). Вместе с тем учинен некоторый распорядок дел в его канцелярии*(98).
Не прежде как в 1718 году, когда учреждение Коллегий было решено и некоторые из них были уже в действии, Сенат начал принимать вид постоянный, государственный. В течение четырех последующих лет определен состав его, предметы, образ производства дел, степень власти и ответственность.
Состав Сената был коллегиальный. Он должен был состоять из Действительных Тайных и Тайных Советников, из Президентов Коллегий*(99) и из Министров, бывших в иностранных Дворах*(100), в одном нераздельном присутствии, под председательством самого Государя и с надзором Генерал-Прокурора, коего звание в первый раз в 1722 году учреждено*(101).
Предметы его были три следующие: 1) совещания по законодательству*(102); 2) окончательное решение в делах высшего управления и надзора*(103); 3) окончательное решение в делах судебных*(104).
Образ производства дел установлен тот же, как и в Коллегиях, с следующим только различием, что всякое определение Сената не единогласное велено считать недействительным и, следственно, дело поступало к Государю; напротив, всякое определение единогласное, если оно не было остановлено Генерал-Прокурором, велено приводить в исполнение*(105).
 

 

Совет

Просмотров: 1 646
Образ управления, предшествовавший учреждениям Петра Великого, состоял в установлениях троякого рода: одни из них были сословия совещательные, и сии составляли высшую степень; таковы были: Большая Дума, Золотая Палата, Ответная Палата, Разряд и Расправная Палата. Каждый из сих Советов состоял из большего или меньшего числа бояр и думных людей. Другие были судебные вместе и управительные и составляли степень среднюю. Таковы были разные Московские Приказы, числом всего около сорока. Они вверялись обыкновенно одному лицу с товарищем или без оного, но всегда с дьяком. Третья и низшая степень управления вверяема была в провинциях воеводам и их товарищам. Долголетний опыт доказывал неудобства сих установлений. Высшая их степень - Совещательные Палаты, не имели единства; а средний, будучи вверен лицам, и по имени и по делу был действительно самовластным приказным управлением. Был еще третий род управления, учреждаемого на время отсутствия государей из Москвы. Он состоял в препоручении всех дел верховному надзору одного, двух или более избранных лиц с обширной властию. Они были как бы наместники государя во всем государстве. Сие называлось: приказать Москву. Власть сия иногда препоручаема была Расправной Палате.
 

 

Состав всей системы управления. Литера В.

Просмотров: 1 889
Порядок, коим можно приступить к исполнению сего плана.
Если план управления, коего одни главные черты здесь представлены, будет принят, то к постепенному исполнению его можно приступить следующим образом. Должно открыть в одно время четыре главные работы:
I. Составить подробное положение для сената законодательного и исполнительного. Сие положение должно в себе содержать:
1) состав сената, число членов, порядок и формы их определения;
2) точное означение, или табель всех предметов сената;
3) образ производства в нем дел, источники и образ их вступления, обряд производства внутреннего и внешнего, канцелярии и проч.;
4) сношения сих мест между собою;
5) означение мест, кои сенату исполнительному подчиняются.
II. Вместе с сим должно на началах, выше изображенных, сделать устав полиции и назначить в нем образ производства дел полицейских.
III. Устав экономический, или правило, на коем часть сия должна действовать.
IV. Составить новое Губернское положение в замену учреждений о губерниях.
Между тем как работы сии будут производиться, может быть признано будет нужным приуготовить некоторые перемены и в образе управления внешних дел и воинской части по трем первым коллегиям.
Когда все сии материалы будут приуготовлены, соображены и утверждены, тогда все места*(92), на сем новом плане расположенные, открыть в одно время, дабы, вступая вместе в новый вещей порядок, представляли они стройное целое, коего все части покорны одному закону.
VI. Примечания на табель В.
1) Для чего в отделениях сената исполнительного не означены все те министерства, кои ныне существуют?
Части, означенные в табели, суть единые, естественные отделения, какие можно найти во всяком государстве; но как по различию местных положений в каждом главном отделении могут быть две или более части довольно обширные, чтоб занять целое министерство, то и следует, что в каждом главном отделении может и должно быть столько министерств, сколько есть значащих частей, требующих особенного надзора. Сие раздробление одного отделения на несколько частей не может быть вредно, если части сии связаны с общим планом того отделения, к коему принадлежат. Оно даже необходимо при начальном делоустройстве, когда каждая часть требует образования особенного надзора и внимания. По усовершении их можно конечно части сии соединить и привести к одному началу. В общем плане должно всегда иметь в виду одни общие главные и необходимые отделения, ибо в ветвях, им подчиненных, части их не могут иметь каждая соответствующего себе порядка без крайнего дел раздробления и замешательства. Так, напр., если бы в губерниях учреждено было столько разных начальств, сколько есть министерств, то система управления губернского сделалась бы весьма сложна и имела бы много частей, для симметрии только существующих.
2) Для чего не полагается в управлениях низших никакого внешнего надзора?
Надзор если он не есть тайный, всегда предполагает ответственность; в самом деле, надзор, который бы, не потребовав на месте объяснения, доносил только первые свои примечания высшему начальству, был бы самое тщетное и вредное фискальство. Надзор, который бы мог требовать от главных местных начальников объяснения, должен бы быть от них независим. Таким образом в каждой губернии установилась бы внешняя сила (status in statu), первым понятиям единства противная и всякому истинному порядку чуждая.
И каким образом надзор сей мог бы действовать? Чтоб мог он быть несколько верен и не превратился в пустой донос, основанный на слухах, он должен необходимо следовать за течением дел, т. е. видеть все их производство; следовательно, должен иметь во всех местах своих агентов. Агентам сим должны быть все дела сообщаемы на предварительное усмотрение; чтоб усмотрение сие могло иметь свою пользу, должно им дать право протеста (иначе злоупотребления будут видимы, но не исправлены), с протестом соединить право приостановить решение дел. Таким образом, чтоб заметить одну ошибку или злоупотребление, надобно ввести во все производство дел целый порядок форм столько же затруднительных, сколько и противных первому началу управления, скорости. Вверить сей надзор дворянскому обществу есть верный способ все дела остановить и расслабить, чтоб не сказать еще чего-нибудь более.
 

 

Примечания на образование государственного управления

Просмотров: 1 331
Если свойства управления вышеозначенные настоящим расположением достигнуты, то можно утвердительно заключить, что оно правильно и основано на твердых началах. Но единое приложение сего образа управления к свойствам вышеприведенным показывает ясно, что он всех их вмещает, ибо:
1) Он основан на неделимости власти самодержавной. Ни сенат законодательный, ни сенат исполнительный не могут сделать никакого движения без воли государя; в существе своем они суть непосредственное только его орудие и собственной силы не имеют.
2) Между тем наружной важностию своею и составом они утверждают народное мнение, возводят его ближе к идеям монархическим и ставят Россию на одной чреде с прочими государствами европейскими, не отнимая ничего от силы ее необходимого самодержавия. Государь благонамеренный не найдет, конечно, в сих установлениях никаких препятствий к совершению своих предположений; но самодержец, который бы захотел употребить во зло неограниченную волю, встретил бы твердую преграду своим насилиям, если не в самих сих установлениях, то в мнении, в уверенности, в привычках народных, особенно когда привычки сии долголетним продолжением доброго царства в сердцах укрепятся. Сие укрепление всегда было признаваемо важнейшим оплотом политической свободы и, может быть, лучшей гарантией закона.
3) Сей образ управления столько сближен с монархическим, сколько конституция России может сие позволить, не вводя великих переломов.
4) Но то, что довершает убеждение в его пользу, состоит в удобности, какую сей образ управления имеет, чтобы со временем превратиться в совершенную монархическую систему.
В самом деле, приучая народ взирать на законодательную власть в некотором наружном отделении, он воспитывает, так сказать, дух его к другому порядку вещей. Когда приспеет время, то есть когда развитием просвещения и сопряжением многих обстоятельств, от времени зависящих, созреет возможность лучшего управления, тогда без всякой почти перемены и в те же, так сказать, рамы вместится другое устройство, не на видимом порядке, но на внутреннем и вещественном основанное. Тогда надобно только будет сенат законодательный составить по другой лучшей системе, переименовать сенат судный высшим судом и, основав его подобно прочим частям управления на единстве, ввести с ними в параллельное положение; тогда все превратится в истинную монархическую систему.
 

 

Устав канцелярского обряда

Просмотров: 1 423
II. Отделение суда.
Часть судная сената оставляется в настоящем ее положении*(86).
К ней принадлежит межевой департамент до времени окончания межевания.
Министр юстиции занимает в ней место генерал-прокурора.
Части судной сената подчиняются одни те места, где действительно производится суд, и в другия части управления она не входит.
Судные департаменты имеют свое общее собрание, на которое нет апелляции, но могут быть жалобы на нарушение обряда; и как хранитель обрядов в сенате судном есть генерал-прокурор, то жалобы сии идут тем же путем, как и все жалобы на министров, то есть от государя препровождаются в законодательный сенат, а дабы, под видом жалоб на обряд не принимались жалобы на существо дела, то прежде рассматривает их генералъ-рекетмейстер и докладывает государю.
 

 

Состав и образование сената исполнительного

Просмотров: 1 819
I. Отделение управления (администрации).
Сенат управляющий составляется единственно из министров.
Сенат управляющий присутствует два дня в неделю.
Упражнение его суть:
1) Рассмотрение и соображение новых мер, каждым министром принимаемых. Сюда принадлежит все то, что превышает устав, данный министру на вверенную ему часть, и требует особенного положения.
2) Внесение в акты (l'enregistrement) исходящих указов и узаконений.
3) Сообщение их законодательному сенату и обнародование как указов, так и решений сената судного.
4) Определение чиновников.
5) Производство в чины.
6) Хранение актов; ведомство всех государственных архивов.
Порядок, коим дела входят, производятся и исходят в сенате управляющем, есть следующий:
1) Дела входят:
a) От министров - все новые постановления на рассуждение и все указы, частно в губернии посылаемые за известием.
b) От сената судного - решения его до общего обнародования.
c) Все государевы указы, к исполнению сената управляющего принадлежащие.
 

 

Состав и образование сената законодательного.

Просмотров: 1 969
Сенат законодательный составляется из сенаторов по избранию государя.
Сенат законодательный собирается два дня в неделю.
Упражнения его суть*(85):
1) Постановление закона гражданского и уголовного.
Для сего каждый раз, когда в сенате судном встречается случай, законом не определенный, он посылается на разрешение сената законодательного, который, определяя его согласно государственному закону, представляет на утверждение государю.
2) Усовершение закона гражданского и уголовного.
Сюда принадлежит комиссия о составе уложения, коею управляет один из сенаторов законодательного сената и в коей всю работу производят четыре юрисконсульта. Сия комиссия занимается единственно приведением в порядок законов существующих.
Сюда принадлежат также и те случаи, когда в сенате судном встретится дело, на которое изданные законы не ясны, или противоречащи, или общей пользе противны.
3) Охранение закона в исполнении его.
Сюда принадлежат:
1) Жалобы на министров, по Высочайшему повелению вносимые.
2) Ревизия всех новых актов сената исполнительного по отношению их не к внутренней доброте их, но к коренным государственным законам.
Порядок, коим дела входят, производятся и кончаются в сенате законодательном, есть следующий:
1) Дела входят:
От сената судного: а) по недостатку закона; б) по неясности его.
От комиссии - по мере приведения законов в порядок.
От сената управляющего вносятся все меры, вновь им принимаемые или с отменой прежних уставов сопряженные.
От государя - жалобы, прямо на министров приносимые.
От министров - их отчеты ежегодные.
 

 

О составе государственных мест.

Просмотров: 1 865
Государственным установлениям, без связи и порядка ныне существующим, дабы дать некоторое между собою отношение, должно, во-первых, разделить предметы их на два главные рода: к одному отнести все то, что касается до части законодательной, к другому - все, что принадлежит к власти исполнительной.
Обе власти сии, соединяясь в лице государя, не иначе как его волею действовать могут, а потому места, для каждой из них установляемые, в разуме настоящей государственной конституции не сами собою, но силою самодержавной существовать могут. Они в существе своем суть два отделения внутреннего государева кабинета; но в мнении народном представляют места внешние и умеряют собою самодержавие.
Все то, что принадлежит до постановления, усовершения и охранения государственного закона и уложения, будет входить в первое сословие.
Все то, что принадлежит до постановления временных учреждений и исполнения законов, уже существующих, будет входить во второе сословие.
 

 

Какие части управления могут прежде всего быть исправлены?

Просмотров: 1 496
Прилагая свойства, выше приведенные, к порядку, ныне существующему, мы находим, во-первых, что в некоторых частях своих представляет он более удобности к усовершению, нежели в других*(78).
Здесь припомнить должно то различие, какое выше было постановлено между временными учреждениями (регламентами) и законами, и что некоторые части управления, как-то: полиция и экономия, действуют всегда на правиле учреждений, а суд утверждается на законе.
Учреждения наши конечно недостаточны, но их можно усовершить и исправить. Но исправить гражданский и уголовный закон скоро почти нет никакой возможности, ибо:
1) Не только в России, но и нигде в Европе нет еще правильной теории ни гражданского, ни уголовного закона. Сия часть законодательства доселе была и ныне есть предметом учености, исторических разысканий и, можно сказать, глубокого педантства; дух истинной аналитики к ней не прикоснулся. Юрисконсульты спорят еще и поныне о точном понятии закона, об определении прав и обязанностей, о категорическом разделении преступлений, о разграничении дела уголовного от дела гражданского, и, чтоб все сказать одним словом, они спорят о самом понятии справедливого и несправедливого, о самых первых началах сего знания. Не ум обыкновенный, но разум творческий - гений - должен решить сей спор и положить лучшие основания сей науки и, может быть, переменить сам язык ее и уничтожить варварские ее формы.
Можно с некоторою основательностью предполагать, что мы стоим при самом рождении лучшей теории гражданских и уголовных законов. Никогда в Европе не занимались сею наукою с таким вниманием, как ныне; лучшие умы обратили на нее свои разыскания, и, может быть, не пройдет десяти лет, как мы увидим в сей части политических понятий важное превращение.
2) Настоящее положение России дает ей всю удобность ожидать сего превращения: если бы и существовала в Европе система добрых законов в сей части, она не могла бы у нас скоро приведена быть в действие, ибо правый суд по необходимости предполагает не только просвещенных судей, но просвещенную публику, искусных законоведцев, знающих стряпчих и методическое сей части учение; без сего самая лучшая система судоведения произведет одно только вредное действие новости. Но что сделало доселе правительство в России, чтоб приуготовить добрых судей, чтоб окружить их здравомыслящею публикою, чтоб просветить их советом судоведцев? Где установления, в коих юношество наше образуется по сей части?
Может быть, в одной России судьи творятся одною волею и приказанием правительства, и человек, едва по слуху знающий о законе, о праве, об обязанности, вдруг по слову власти становится органом закона и решителем всех споров о праве и обязанности. Какая система законов может устоять против таковых исполнителей?
3) С некоторого времени вошло у нас в обыкновение все недостатки управления слагать на несовершенство наших законов*(79). Не будучи в пользу их слепо предубежденным, можно, однако же, быть уверенным, что сие мнение весьма несправедливо*(80).
Вы жалуетесь на несовершенство ваших законов уголовных и гражданских, - можно бы было возразить сим цензорам, столь скорым, столь готовым давать советы правительству, - но измерили ли вы вредное влияние прочих частей управления на сию ветвь законодательства? определили ли, до какой степени недостаточная и несвязная ваша полиция затрудняет течение суда, попущая преступлениям стареться без следствий, представляя следствие без обстоятельств, теряя обстоятельства временем, небрежением и недостатком исполнителей? Каким образом на пространстве пяти или 600 верст земский исправник, для куска хлеба, из бедных дворян выбранный, с подобными ему нищими заседателями может привести закон в уважение, пресечь насилие на месте, предохранить собственность от похищения и тем отвратить разорительные тяжбы? Каким образом в государстве, где земляные владения по большей части не обмежеваны, где права и на обмежеванные еще не удостоверены, где вся экономическая часть в крайнем беспорядке и упущении, могут быть тяжбы не многочисленны и не запутаны? Каким образом закон может действовать, когда не поддерживается разумом и просвещением исполнителей и когда исполнители сии еще необразованны? Познали ли вы, до какой степени судье трудно быть честным там, где нет общего мнения, где нет публичности в деяниях суда, нет ответственности, нет совету, нет способов учения, и, наконец, чтоб все заключить в одном слове, где сам текст закона известен только по секретарским письменным тетрадям, от одного к другому переходящим и нигде в порядок не приведенным? Исправьте все сии несовершенства, суду побочные и от других частей управления зависящие, тогда рассуждайте о действии наших законов.
 

Разное
Дополнительно

Счётчики
 

Карта сайта.. Статьи