Главная     |     Новости     |     Справка     |     Форум     |     Обратная связь     |     RSS 2.0
Навигация по сайту
Юридическое наследие
Дополнительно


Архив новостей
Октябрь 2013 (14)
Ноябрь 2010 (2)
Июль 2010 (1)
Июнь 2010 (1288)
Май 2010 (3392)
Анонсы статей
»



 

Юридические основания и принципы уголовной ответственности за нарушения международного гуманитарного права

Просмотров: 4 750
В соответствии с основными принципами международного гуманитарного права, применяемого в период вооруженных конфликтов, в Женевских конвенциях и Дополнительном протоколе I содержится перечень конкретных действий, определяемых как "серьезные нарушения", которые влекут за собой международную уголовную ответственность в случае несоблюдения норм и требований международного гуманитарного права. К ним относятся: преднамеренное убийство; пытки и бесчеловечное обращение, включая биологические экспери-менты над людьми; преднамеренное причинение тяжких страдании, серьезно угрожающих физическому или психическому состоянию любого лица; нанесение серьезного увечья или ущерба здоровью; незаконное, произвольное и проводимое в большом масштабе разрушение и присвоение имущества, не вызываемые военной необходимостью (ст. 50 Женевской конвенции об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях). Аналогичный перечень "серьезных нарушений" содержится и в ст. 130 Женевской конвенции об обращении с военнопленными, а также в ст. 147 Женевской конвенции о защите гражданского населения во время войны. В последней этот перечень дополнен такими "серьезными нарушениями", как незаконное депортирование или перемещение; незаконное лишение свободы; взятие заложников; принуждение служить в вооруженных силах неприятеля и лишение нрава на беспристрастное и нормальное судопроизводство.
Существенно расширен круг "серьезных нарушений" статьями 11 и 85 Дополнительного протокола I. Здесь ква-лифицирующим обстоятельством считается нанесение ущер-ба физическому или психическому состоянию здоровья путем преднамеренного и неоправданного действия или упущения. К "серьезным нарушениям" отнесены также действия, совершаемые умышленно и являющиеся причиной смерти пли серьезного телесного повреждения или ущерба здоровью; превращение гражданского населения или отдельных лиц в объект нападения; совершение нападения неизбиратсльиого характера, когда известно, что такое нападение приведет к чрезмерным потерям среди гражданского населения; совер-шение нападения на установки или сооружения, содержащие опасные силы, когда известно, что такое нападение причинит чрезмерные потери жизни и ранения среди гражданского населения.
"Серьезные нарушения" гуманитарного права определя-ются как военные преступления (п. 5 ст. 85 Дополнительного протокола I). Международное гуманитарное право устанавливает за эти преступления индивидуальную ответственность, которая действует в отношении лиц, их совершивших или отдавших приказ об их совершении. При этом до последнего времени считалось общепризнанным, что нормы о "серьезных нарушениях" применимы только в отношении международных и не распространяются на внутренние (немсждународные) вооруженные конфликты. Действительно, они не упоминаются в Дополнительном протоколе II, касающемся защиты жертв вооруженных конфликтов немсждународного характера. В тот период, когда принимался этот документ (1977 г.), все еще преоб-ладало мнение, что применение системы серьезных нарушении к внутренним конфликтам явилось бы недопустимым вмешательством во внутренние дела государства, покушением на его суверенитет.
В настоящее время большинство вооруженных конфлик-тов носит нсмсждународпый характер, и в ходе них совершаются многочисленные нарушения международного гуманитарного права, которые по жестокости и массовому грубейшему на-рушению прав человека не уступают деяниям, квалифицируемым как "серьезные нарушения", считающиеся военными преступлениями. Международное сообщество не может мириться с их безнаказанностью. Поэтому и в международно-правовой доктрине, и в международной юрисдикции формируется признание необходимости распространения механизма пресечения "серьезных нарушений" па внутренние вооруженные конфликты.
Важно отметить, что эта позиция получила правовое зак-репление в принятом 17 июля 1998 г. в Риме Статуте Между-народного уголовного суда. В перечнь военных преступлений, отнесенных к юрисдикции этого Суда, включены, согласно положениям Женевских конвенций 1949 г., "серьезные нарушения", совершенные как в ходе международных, так и внутренних (иемеждупародных) вооруженных конфликтов (п. 2 "с" т. 8 Статута).
Обязанность осуществлять уголовное преследование лиц, виновных в "серьезных нарушениях", согласно предписаниям международного гуманитарного права возлагается на государства. С этой целью они обязаны привести свое национальное законодательство (уголовное, административное, дисциплинарное, военное) в соответствие с нормами гуманитарного права. В настоящее время уголовное законодательство
многих цивилизованных стран соответствует этон юрндпчес- >| кой обязанности, вытекающей из обязательств стран — участниц договоров по международному гуманитарному праву соблюдать и требовать соблюдения этих договоров. Во всех че-тырех Женевских конвенциях имеются соответствующие ста-тьи с идентичным содержанием, согласно которому "Высокие Договаривающиеся Стороны берут на себя обязательство вве-сти в действие законодательство, необходимое для обеспечения эффективных уголовных наказании для лиц, совершивших или приказавших совершить те или иные серьезные нарушения..." Это — принципиально важное требование, поскольку эффективность международного гуманитарного права в решающей степени зависит от реального функционирования механизмов его нмплсментации на национальном уровне. В этом отношении особый интерес представляет бельгийский закон от 16 июня 1993 г. о пресечении "серьезных нарушений" согласно Женевским конвенциям и Дополнительным протоколам к ним. Его часто оценивают как своеобразную законодательную "премьеру", поскольку Бельгия стала одним из первых государств, прямо распространившим некоторые "серьезные нарушения" международного гуманитарного права, квалифицируемые в качестве военных преступлении, на немеждународные вооруженные конфликты. Указанные в ст. 1 (пп. 1 — 20) Закона действия или факты бездействия в отношении лиц, находящихся под покровительством Женевских конвенций или Дополнительных протоколов к ним (включая Протокол II), считаются "серьезными нарушениями". В плане обеспечения неотвратимости наказания за эти преступления в ст. 7 Закона закрепляется принцип универ-сальной юрисдикции, согласно которому бельгийские суды не ограничены территориально и никак не связаны с националь-ной принадлежностью виновных лиц. Это означает, что бель-гийские суды наделены юрисдикцией преследовать иностран-цев, совершивших серьезные нарушения в ситуации внутрен-него вооруженного конфликта любой страны. Так, рассмат-ривая дело по обвинению руандийца в совершении на терри-тории Руанды преступлений, квалифицируемых в соответствии с бельгийским законом от 16 июня 1993 г. в качестве серьезных нарушений международного гуманитарного права, апелляционный суд Брюсселя в приговоре от 17 мая 1995 г. под-твердил юрисдикцию судов Бельгии в отношении таких пре-ступлений, даже если они совершены во время внутреннего конфликта за пределами территории Бельгии и не затрагивают интересов ее граждан. Укажем и еще на одну важную особенность бельгийского закона, которая существенно уси-ливает его потенциал в пресечении "серьезных нарушений" в соответствии с нормами международного гуманитарного права. Она состоит в том, что жертву военного преступления закон наделяет правом подачи жалобы в следственные органы с требованием о возбуждении уголовного дела, если сама про-куратура бездействует. Тем самым жертва становится граж-данским истцом в уголовном процессе.
В уголовные кодексы Испании (1995 г.), Швеции (1986 г.) также включены специальные разделы о серьезных нарушениях во время вооруженных конфликтов двух типов и такие деяния отнесены к юрисдикции национальных судов, то есть в отношении инкриминируемых деяний признается универсаль-ная юрисдикция. Военный уголовный кодекс Швейцарии на-деляет военные суды юрисдикцией по рассмотрению наруше-ний гуманитарного права, применимого к немеждународным вооруженным конфликтам. Их юрисдикция распространяется и на нарушения, которые имели место за границей и непосред-ственно не затрагивают интересов Швейцарии (ст. 108 и 109). Уголовное преследование за "серьезные нарушения", совер-шенные в ходе как международных, так и внутренних конф-ликтов, предусматривается также в уголовном законодательстве Дании, Нидерландов, Финляндии, Норвегии, Канады и некоторых других стран. Так, внесенные в 1987 г. поправки к Уголовному кодексу Канады наделяют национальные суды юрисдикцией рассматривать дела по обвинению в военных преступлениях или преступлениях против человечности лиц, совершивших их за пределами Канады, если такие деяния, будучи совершены в Канаде, являлись бы правонарушениями по канадским законам. Важно отметить, что эти государства в своем законодательстве признают принцип универсальной юрисдикции национальных судов в отношении "серьезных нарушений", совершенных во время внутреннего вооруженного конфликта.
США приняли в ноябре 1997 г. поправку к Закону о военных преступлениях (\Уаг Сптез Ас<: — 1996), которая рас-пространяет юрисдикцию национальных судов па нарушения, инкриминируемые по ст. 3, общей для всех Женевских конвенций, и квалифицирует эти преступления как военные. Принятая поправка к тому же снимает ограничения юрисдикции американских судов требованием, чтобы жертва или виновный были гражданами США либо входили в состав их вооруженных сил, то есть распространяет собственную юрисдикцию на иностранцев, виновных в нарушениях Женевских конвенций. Однако указанная поправка не вводит в судебную практику принцип универсальной юрисдикции в полном объеме.
Что касается российского уголовного законодательства, то его отличает иная технология решения вопроса о включении норм международного гуманитарного права в число уголовно наказуемых деяний. В Уголовном кодексе РФ положения, связанные с ответственностью за нарушение норм международного гуманитарного права, в сущности сведены к ст. 356 последнего XII раздела УК "Преступления против мира и безопасности человечества". Эта статья предусматривает уголовную ответственность за применение запрещенных средств и методов ведения войны. В ней воспроизводятся в самых общих формулировках лишь некоторые составы из числа "серьезных нарушений" по Женевским конвенциям и Дополнительному протоколу I: жестокое обращение с военнопленными или гражданским населением, депортация гражданского населения, разграбление национального имущества на оккупированной территории, применение в вооруженном конфликте средств и методов, запрещенных международным договором Российской Федерации (п. 1 ст. 356). По сравнению с Женевскими кон-венциями и Дополнительными протоколами к ним содержа-щийся в ст. 356 УК РФ перечень уголовно-иравовых составов является слишком узким и в силу этого не обеспечивает точ-ного понимания "запрещенных методов и средств ведения войны". Соответственно ограничиваются и возможности их при-менения в целях пресечения уголовио наказуемых деяний в полном объеме. Более того, многочисленные "серьезные нарушения", которые предусмотрены в Женевских конвенциях и
Дополнительном протоколе I п квалифицируются ими как во-енные преступления, специально в этом качестве не предус-мотрены в УК РФ Но и включенные в ст. 356 УК РФ отдельные "серьезные нарушения", предусмотренные Женевскими конвенциями, не обозначены в нем в качестве военных пре-ступлений. В силу этого они не подпадают иод действие спе-циальных правил преследования и пресечения, применяемых к военным преступлениям. Принцип неприменимости к ним сро-ков давности, который гарантирует неотвратимость наказания виновных лиц, получил закрепление в п. 5 ст. 78 Общей части УК РФ. Он гласит: "К лицам, совершившим преступления против мира п безопасности человечества, предусмотренным статьями 353, 356, 357 и 358 настоящего Кодекса, сроки давности не применяются".
Между тем составы, которые формально но направленно-сти деяния совпадают с "серьезными нарушениями" (убийство, грабеж, изнасилование, причинение тяжкого вреда здоровью, имуществу и некоторые другие), по своим квалификационным признакам также не соответствуют международно-правовой специфике статуса военных преступлений, признакам военной необходимости и т. п. К тому же в УК РФ вообще отсутствуют такие уголовно наказуемые деяния, характерные для вооруженных конфликтов, как пытки и бесчеловечное об-ращение, применение оружия, средств и методов ведения вой-ны, наносящих чрезмерные повреждения или имеющих неиз-биратслыюс действие; превращение гражданского населения или отдельных гражданских лиц в объект нападения; умыш-ленное причинение обширного, долговременного и серьезного ущерба окружающей среде; приказ не оставлять никого в живых и т. д.
 

 

Особый статус права на жизнь в условиях вооруженного конфликта

Просмотров: 2 540
Право на жизнь является основополагающим естествен-ным правом человека, то есть его природным, неотъемлемым и неотчуждаемым правом. Названные свойства и качества этого права считаются общепризнанными. Исходя из этого в международных документах о правах человека и в национальном законодательстве большинства стран мира право на жизнь и непосредственно связанные с ним права — на физическую неприкосновенность, запрет пыток, насилия и рабства, уважение человеческого достоинства, гарантии справедливого правосудия и некоторые другие — наделяются особым статусом и не подлежат приостановлению или ограничениям в условиях чрезвычайного положения или вооруженного конфликта (п. 2 ст. 4
Международного пакта о гражданских и политических правах; п. 2 ст. 15 Европейской конвенции о защите нрав человека н основных свобод; ч. 3 ст. 56 Конституции РФ).
Войны как абсолютное зло представляют собой наиболь-шую угрозу жизни человека, существованию целых народов. После окончания самой кровопролитной в истории человече-ства Второй мировой войны н принятия Устава ООН, поставившего воину вне закона, войны однако не ушли в прошлое. Лишь на последнее десятилетие уходящего века по подсчетам Меж-дународного института войны н мира пришлось более 100 ак-тивных вооруженных конфликтов. Расширение сферы действия гуманитарных принципов в защиту человеческой жизни становится закономерной реакцией на возрастающую в современном мире эскалацию насилия и экстремизма, практику геноцида, которые являются следствием экономических н политических кризисов, порождаются религиозными и этническими конфликтами, сепаратизмом, социальной несправедливостью, возрождением националистических и расистских идеологий и их практикующих движений. Опасный вызов самому существованию человечества представляет ядерная угроза и основанная на ней силовая геополитика.
В силу этого проблема сохранения и защиты человеческой жизни и жертв войны, насколько это возможно в экстремальных условиях вооруженного конфликта, остается чрезвычайно актуальной в наши дни. Не будучи в состоянии искоренить войны, человечество идет по пути гуманизации нх законов н обычаев.
Рассматривая вопрос о взаимосвязи международного гу-манитарного нрава и прав человека, а также и специально воп-рос о статусе права на жизнь, Международный суд ООН в своем Консультативном заключении от 8 июля 1996 г. указал, что положения Международного пакта о гражданских и поли-тических правах, а именно статья 6, запрещающая "произволь-ное лишение жизни", применяются и во время войны. В этой '( связи следует сослаться и на статью 2 Европейской конвенции о защите прав человека п основных свобод, на статью 4 Амери-канской конвенции о правах человека и на статью 4 Африкан-ской хартии о правах человека и нравах народов. Все они исключают возможность приостановления права на жизнь, физическую неприкосновенность н ряда других прав человека и тем самым признают их действие и защиту в период воору-женных конфликтов. Вместе с тем важно отметить, что применительно к ситуации вооруженного конфликта необходимо точное определение субъектов права па жизнь, поскольку убийство лиц из состава вооруженных сил противника считается законным. Исходя из этой особенности в гуманитарных (Гаагских и Женевских) конвенциях уточняется круг покровительствуемых лиц, на жизнь которых запрещено покушаться. К ним относятся раненые, больные, военнопленные, гражданские лица, а также убийство противника, сложившего оружие, сдавшегося или не имеющего возможности защищаться. Запрещаются действия, имеющие целью вызвать голод среди гражданского населения, разрушение объектов и установок, необходимых для выживания граждан и др. Провозглашение нрава на жизнь и его реальная защита были бы недостаточными без указанных уточнений.
 

 

Основные принципы международного гуманитарного права

Просмотров: 8 212
Для защиты прав человека и прежде всего его права на жизнь важное значение имеют принципы, положенные в основу международного гуманитарного права и применимые ко всем сторонам конфликта вне зависимости от того, кто его развязал и какая из сторон действует в порядке самообороны. В науке международного права принципы международного гуманитарного нрава принято делить на три группы: основополагающие, которые должны соблюдаться безусловно и при любых обстоятельствах; общие, которые связаны с соблюдением и защитой нрав человека — его нрава на жизнь, физическую и психологическую неприкосновенность; запрет пыток, унизительного и бесчеловечного обращения; специальные принципы в отношении жертв вооруженных конфликтов и ведения военных действий1.
К категории специальных принципов относятся те, кото-рые непосредственно и функционально направлены на регулирование правил ведения военных действий таким образом, чтобы сократить число жертв. Конкретизируя категорию специальных принципов, Международный суд ООН называет следующие: принцип различения целей, направленный па защиту гражданского населения и гражданских объектов и устанавливающий различие между комбатантами и некомбатантами; запрещение использовать оружие неизбирательного действия, исключающее нападение воюющих сторон на гражданские объекты; запрет па применение оружия, вызывающего излишние страдания или чрезмерный ущерб; ограничение свободы выбора применяемого оружия, методов и средств ведения воины; ограни-чение нрава па самооборону требованием военной необходимо-сти и соразмерности целей и средств.
Среди общих особо следует отметить сквозной для меж-дународного гуманитарного нрава принцип гуманности, исклю-чающий и запрещающий все действия, которые создают угрозу массового уничтожения гражданских лиц, причиняют излишние страдания. Нормы, воплощающие принцип гуманности, мы находим в конкретных статьях всех четырех Женевских кон-| венций и Дополнительных протоколов к ним. Именно эти прин-ципы, как уже было сказано выше, Международный суд ООН признал "главными принципами гуманитарного права" в своем Консультативном заключении от 8 июля 1996 г. Общая' оценка принципов международного гуманитарного права кон-кретизируется Судом в определении принципа запрета на не-1 пользование оружия неизбирательного действия. Суд указывает, что "государства никогда ие должны избирать гражданских лиц в качестве объекта нападения и, следовательно, никогда не должны применять оружие, которое ие дает возможности проводить различие между гражданскими и военными целями".
Давая оценку системы основополагающих принципов меж-дународного гуманитарного права, следует подчеркнуть, что се характерной особенностью является единое предназначение всего "права Женевы": оно состоит в обеспечении защиты жертв войны и основных прав человека. Первая и вторая Женевские конвенции и Протокол I гарантируют защиту всем раненым, больным и лицам, потерпевшим кораблекрушение, независимо от того, являются они гражданскими лицами или входят в состав вооруженных сил. Они имеют право на уважение, защиту и гуманное обращение независимо от того, к какой воюющей стороне они принадлежат. Дискриминация в отношении этих категорий лиц по национальным, религиозным, политическим или иным признакам недопустима. Захваченные в плен лица обретают статус военнослужащих.
Положенный в основу Женевских конвенций принцип ува-жения личности проявляется и в том, что на воюющие стороны налагается обязанность принять все возможные меры к тому, чтобы разыскать и подобрать всех раненых и больных, оградить их от дурного обращения. В отношении всех павших должен быть произведен предварительный медицинский осмотр с целью констатации смерти, удостоверения личности и регист-рации факта смерти. Исходя из права родственников знать о судьбе своих близких, стороны, находящиеся в конфликте, обя-заны передать им всю имеющуюся информацию. Важно отме-тить, что в соответствии с первой Женевской конвенцией (ст. 18) и Протоколом I требование уважения личности адресуется и гражданскому населению. Оно должно с уважением относиться к раненым, больным и потерпевшим кораблекрушение и не допускать по отношению к ним актов насилия, даже если они-принадлежат к стороне противника.
В третьей Женевской конвенции об обращении с военно-пленными и в Дополнительном протоколе I определяется ста-тус военнопленных н гарантируется защита их прав, а также прав приравненных к ним различных категорий лиц. Система их прав и обязанностей выстроена в соответствии с принципом уважения их личности н чести. Особо подчеркивается, что во-еннопленные н приравненные к ним лица полностью сохраняют свою гражданскую правоспособность, которой они пользо-вались во время их захвата в плен, однако с ограничениями, которых требуют условия плена (ст. 14 Конвенции). Запре-щаются физические или моральные пытки или другие меры принуждения в целях получения от военнопленных каких-либо сведений (ст. 17). Плененные, не имеющие признанного статуса военнопленных, всегда имеют право на основные гарантии. Отметим также, что в духе уважения личности в конвенциях сформулированы требования о физических, моральных и пси-хологических условиях содержания в заключении, которые дол-лены способствовать сохранению жизни, здоровья и чувства собственного достоинства пленных. Соблюдению этих положений во время вооруженных конфликтов придается самое серьезное значение, и соответственно в ст. 76 Дополнительного протокола I устанавливается ответственность государств за их нарушение. Как свидетельствуют вооруженные конфликты в бывшей Югославии и Чечне, воюющие стороны грубо нарушали эти положения Женевских конвенций, создавая фильтрациопные лагеря, подвергая пленных пыткам, насилию, бесчеловечному обращению.
В системе принципов и норм гуманитарного права особое место отводится защите гражданского населения как во время войны (четвертая Женевская конвенция и часть IV Допол-нительного протокола I), так и в период вооруженных конср-ликтов иемсждуиародного характера (Дополнительный про-токол II). Это объясняется главным образом тем, что развитие военной техники, обладающей мощной разрушительной силой, с неизбежностью ведет к тому, что в ходе вооруженных конфликтов огромные потери несет гражданское население. По подсчетам Международного института войны и мира потери гражданского населения в период вооруженных конфликтов 1990 — 1996 гг. составили до 75% от общего числа убитых
 

 

Понятие, сфера действия и источники международного гуманитарного права

Просмотров: 5 435
Международное гуманитарное право является важнейшим инструментом защиты прав человека в экстремальных условиях военных конфликтов. Наиболее распространено определение международного гуманитарного права как отрасли международного права, принципы и нормы которой направлены на то, чтобы ограничить причиняемые вооруженными конфликтами страдания и бедствия путем установления недопустимых методов и средств ведения военных действий, чтобы обеспечить защиту жертв войны и гражданского населения, а также установить надлежащую ответственность и неотвратимость наказания за "серьезные нарушения" гуманитарного права. Один из ведущих специалистов в данной области, видный деятель
Международного Комитета Красного Креста и председатель его Юридической комиссии профессор Жан Пикте определяет международное гуманитарное право как "важнейший раздел международного права, проникнутый духом гуманности и направленный на защиту индивида в военное время"1. Как видим, Ж. Пикте особо подчеркивает связь международного гуманитарного права с принципом гуманности и утверждением гуманитарных отношений в международном праве. Можно привести и другие определения международного гуманитарного права, и все они без исключения в качестве генерирующего принципа указывают на гуманность и защиту в ходе вооруженных конфликтов основных прав человека, таких, как право на жизнь, физическую неприкосновенность, уважение человеческой личности, запрет пыток и насилия.
Международное гуманитарное право состоит из двух разделов, именуемых "правом Гааги" и "правом Женевы". Исторически первичным является "право Гааги" или "право войны" ((из ас! ЬеПит), которое устанавливает права и обязанности воюющих сторон при проведении боевых операций и ограничивает методы и средства нанесения ущерба противнику во избежание чрезмерных страданий, излишних, а равно и неоправданных военной необходимостью человеческих жертв и разрушений. Как отмечает Ж.Пикте, уже в основных Гаагских конвенциях 1899 и 1907 гг. их создатели руководствовались идеалами гуманизма и человечности. Однако, подчеркивает ои, их основная цель состояла главным образом в том, чтобы регулировать военные действия соразмерно военной не-обходимости и обеспечить дальнейшее существование государства2.
Новый этап в развитии международного гуманитарного права, в основу которого были положены принципы и нормы человеческого измерения, наступил после принятия Устава ООН, поставившего войну вне закона. В связи с этим гаагское право претерпело радикальные изменения. Его принципы п нормы были сориентированы на защиту жертв войны, круг которых при этом был существенно расширен. На этот же период при-ходится интенсивное развитие женевского права, рождение нор-мативной базы которого обычно связывают с Женевской кон-венцией от 22 августа 1864 г. об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях во время сухопутной войны. Этим документом в международное право того времени вводился новый п очень важный принцип нейтральности медицинского персонала, согласно которому медицинская помощь должна оказываться всем пострадавшим участникам военных действий, независимо от того, па чьей стороне они воевали. Был установлен принцип соблюдения строгого равновесия между требованиями гуманности и военной необходимости. В положения этой Конвенции неоднократно (1906, 1929 гг.) вносились изменения и дополнения, однако основные принципы, необходимые для защиты жизни человека, оставались в неприкосновенности, а процесс развития гуманитарного права становился непрерывным.
В современном виде женевское право, или собственно гуманитарное право состоит из четырех Женевских конвенций 1949 г. и двух Дополнительных протоколов к ним 1977 г.1. В целом оно представляет собой систему принципов и норм, прямо направленных на защиту индивида в условиях вооруженных конфликтов международного и внутреннего характера. Международное гуманитарное право предоставляет защиту тем, кто не принимает участия в военных действиях, то есть гражданскому населению и медицинскому персоналу. Под его защитой также находятся лица, прекратившие участие в боевых действиях, а именно: раненые, потерпевшие кораблекрушение, больные и пленные. Женевское право запрещает нападать на лиц, находящихся под его покровительством, посягать на их физическую неприкосновенность, подвергать их оскорбительному и унижающему их достоинство обращению. Разработаны нормы о предоставлении военнопленным и задержанным в ходе конфликта лицам необходимого питания, жилья, судебных гарантий.
По мере развития международного нормотворчества и принятия новых документов в области прав человека международное гуманитарное право обогащается принципами и нормами, регулирующими права человека, гарантируя индивиду право пользоваться основными правами и свободами в период вооруженных конфликтов, минимизируя бедствия, причиняемые военными действиями и защищая человека от произвола и насилия.
Конкретное сопоставление этих двух отраслей — международного гуманитарного права и прав человека — позволяет утверждать, что они по своим принципам и целям тесно взаимосвязаны. Это принципиально важное для всей системы международного гуманитарного права обстоятельство прямо закреплено в преамбуле Дополнительного протокола II 1977 г. к Женевским конвенциям. В нем подчеркивается, что основу гуманитарного права составляют принципы уважения человеческой личности и защиты жертв вооруженных конфликтов. Здесь же особо оговаривается, что в случаях, не предусмотренных дей-ствующими правовыми нормами, человеческая личность остается под защитой принципов гуманности и требований общественного сознания.О взаимодействии прав человека и международного гуманитарного права свидетельствует и утвердившийся в международном праве запрет на применение контрмер (репрессалий), если они сопряжены с ущемлением основных прав человека. Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г. (п. 5 ст. 60) не допускает прекращения или приостановления действия договорных положений, если они относятся к защите человеческой личности и содержатся в договорах гуманитарной направленности.
Следует однако отметить, что в доктрине международного гуманитарного права и в решениях Международного суда ООН принято указывать на определенные различия международного гуманитарного права и права, касающегося прав человека (Нитап п§Ь(;5 1аш). В этой связи обычно обращают внимание на то, что в основу прав человека положены наиболее общие принципы, которые регулируют как на международном, так и национальном (конституционном) уровне процедуры приостановления или ограничения прав человека в условиях военного времени. Специфика гуманитарного права состоит в том, что его нормы о защите определенных прав человека действуют только во время войны или вооруженного конфликта и не могут быть приостановлены. Итак, указанные обстоятельства — сфера действия и объем защищаемых прав и свобод — выступают в качестве различительных признаков этих двух взаи-мосвязанных отраслей права. В этом отношении нельзя не отметить, что Женевские конвенции обеспечивают основным правам человека более эффективную защиту, нежели конвен-ции по правам человека в силу того, что первые целенаправ-ленно приспособлены к особенностям вооруженных конфликтов. Подобное отличие можно проиллюстрировать на примере статьи 5 Европейской конвенции о защите нрав человека и основных свобод, в которой регулируются случаи лишения свободы, однако не упоминаются такие формы, как захват военнопленных, интернирование лиц по соображениям безопасности. Таким образом, содержащиеся в ней положения о гарантиях прав человека и их ограничениях, как видно, не рассчитаны и недостаточны в случае вооруженного конфликта. В то же время право на свободу и личную неприкосновенность по Женевским конвенциям охватывает специфические для вооруженных конфликтов аспекты: запрещается захват заложников н депортация гражданского населения; устанавливаются подробные правила ограничения свободы военнопленных, их использования на принудительных работах. Иными словами, в контексте гуманитарного права некоторые из основных прав человека применительно к условиям вооруженного кон-фликта в целях защиты содержат более развернутые и точные положения.
Сфера действия и применения норм международного гу-манитарного права распространяется на любые вооруженные конфликты между государствами, независимо от характера или причин возникновения конфликта. Особо следует подчеркнуть, что согласно п. 4 ст. 1 Дополнительного протокола I норм! международного гуманитарного права применяются также и случаях вооруженных конфликтов, когда народы ведут борьб^ против колониального господства и иностранной оккупации против расистских режимов в осуществление своего права п«| самоопределение.
Для защиты прав человека важное значение имеет пространение действия международного гуманитарного права
на вооруженные конфликты пемеждународного характера, которые ограничены территорией одного государства и происходят между его вооруженными силами и антиправительственными вооруженными группировками, организованными и на-ходящимися под ответственным командованием. Характерные черты нсмеждународных конфликтов определены в Дополнительном протоколе П. В то же время универсальная для всех Женевских конвенций статья 2 утверждает общий для международного гуманитарного права принцип, согласно которому ею нормы применяются в случае объявленной войны или любого вооруженного конфликта, даже если состояние войны участниками не признается. Это установление важно для попавших в плен военнослужащих, которые и в этом случае обладают статусом военнопленных и соответственно их права должны соблюдаться. Во время вооруженного конфликта на Фолклендских островах британской стороной были захвачены в плен аргентинские военнослужащие. Премьер-министр Великобритании М.Тэтчер заявила по этому поводу, что они не могут быть признаны военнопленными, а являются обычными заключенными, поскольку между Великобританией и Аргентиной нет объявленного состояния войны. Подобное заявление было ошибочным, ибо противоречило статье 2 Женевских конвенций, а^ также общим принципам международного гуманитарного права1.
Основным источником международного гуманитарного права является обычай и именно он придает сложившимся нормам общеобязательный характер. Определяя значение норм этого права в деятельности Международного трибунала для бывшей Югославии, Генеральный Секретарь ООН Бутрос Гали указал, что Трибунал должен применять нормы международного гуманитарного права, которые, будучи частью обычного права, обязательны для всех государств2.
 

 

Создание и компетенция Международного уголовного суда

Просмотров: 4 598
Длительное время создание Международного уголовного суда было одним из спорных вопросов, касающихся взаимосвя-зи и взаимодействия внутригосударственного и международно-го права. На протяжении всей истории человечества обычным и естественным местом уголовного судопроизводства в отно-шении Ътдельных лиц, совершающих преступления, были суды тех или иных стран. До начала XX в. в международном праве не существовало понятия международного преступления. Разгром Германии и Японии во второй мировой войне, создание Нюрнбергского и Токийского военных трибуналов, бурное раз-витие международного права и признание ряда противоправных деяний международными преступлениями привели мировое сообщество к осознанию необходимости создать постоянно действующий Международный уголовный суд. Это тем более актуально, что многие лица, виновные в преступных нарушени-ях прав человека, совершившие преступления против мира и человечества после принятия Устава ООН и создания Органи-зации Объединенных Наций, остались безнаказанными. Такая ситуация, как уже отмечалось, складывается в связи с тем, что обычно эти преступления совершаются членами правительства и другими официальными лицами, и суды государства не при-влекают их к ответственности. Совершенно очевидно, что суды государств никогда не будут эффективными органами но раз-решению дел о международных преступлениях, особенно тех из них, которые инспирированы государствами и совершаются его официальными лицами.
Более того, многие международные преступления были совершены уже в самое последнее время. В 1993 г. по решению Совета Безопасности был создан временный Международный уголовный трибунал для судебного преследования лиц, ви-новных в преступных нарушениях прав человека на территории бывшей Югославии.
18 месяцев спустя в ноябре 1994 г. Совет Безопасности учредил Международный трибунал по Бурунди для привлечения к ответственности лиц за массовые убийства, совершенные как в Бурунди, так и в соседних странах. Работа этих Трибуналов выявила серьезные проблемы: отсутствие достаточного финансирования; нежелание ряда государств сотрудничать с Трибуналом и подчиняться его решениям; административные и технические трудности. Создание таких структур не сняло с повестки дня международного сообщества вопрос об учрежде-|| нии постоянно действующего Суда.
В 1995 г. Генеральная Ассамблея приняла решение учре-дить подготовительный комитет в целях выработки окончатель-ного текста Статута Международного уголовного суда, прием-лемого для большинства государств. Подготовительный коми-тет в течение двух лет разрабатывал проект Статута и в апреле 1998 г. завершил эту работу.
15 июня — 17 июля 1998 г. проект обсуждался на между-народной конференции в Риме, для участия в которой были приглашены все государства — члены ООН и ее специализи-рованных учреждений. В результате широкого и детального рассмотрения проекта за его принятие высказалось 120 госу-дарств, 21 государство воздержалось, а семь голосовали про-тив. Ряд стран не поддержал принятие Статута Суда, ссылаясь на принцип суверенитета и опасаясь, что их граждане, включая высших должностных лиц, могут быть привлечены к уголовной ответственности за преступления, подпадающие под юрисдик-цию Суда.
Решение о создании Международного уголовного суда и принятие его Статута — начало качественно нового этапа в
развитии межгосударственных отношении и международного права. Впервые после того, как гитлеровские военные преступники предстали перед трибуналом в Нюрнберге, международное сообщество подавляющим большинством голосов приняло решение создать постоянно действующую высшую судебную инстанцию, которая будет выносить приговоры всем тем, кто виновен в развязывании агрессивных войн; совершении военных преступлений и преступлений против человечности независимо от их должностного положения. Юрисдикция Суда обширна.
В Статуте Международного уголовного суда сформули-рованы составы, охватывающие практически все серьезные пре-ступления, вызывающие озабоченность мирового сообщества. Многие из них впервые закреплены в международном законе, которым будет являться Статут после его ратификации 60 государствами и вступления тем самым в силу (ст. 114). При этом перечень таких преступлений может быть пересмотрен не ранее чем через семь лет после вступления в силу Статута.
Этот международный договор подтвердил принцип инди-видуальной уголовной ответственности физических лиц за со-вершение международных преступлений (ст. 23). Такой ответственности подлежат не только непосредственные исполнители преступлений, но и те, кто отдает приказ.
В современном мире, накануне XXI в., происходят важные сдвиги в международных отношениях. Разобщенность госу-дарств и противоборство различных социальных систем постепенно сменяются сознанием общности всех народов и необходимости совместного решения глобальных проблем, включая создание международной системы, обеспечивающей надежную защиту основных прав и свобод человека.
Во всех государствах должны действовать схожие законы, общепризнанные правовые принципы и нормы. Разумеется, в условиях различия социальных систем, уровней экономического развития, национального состава населения, культурных традиций, исторических особенностей развития добиться полного совпадения всех законов не удастся. Однако уже взятые на себя государствами международные обязательства позволяют с уверенностью говорить об успешном продвижении сообщества народов к единому правовому пространству. Особенно успешно такое пространство создается в рамках ряда европей-ских региональных организаций.
Сближение правовых норм и принципов происходит во многих отраслях права. Однако основу такого сближения со-ставляют права человека, в особенности гражданские и полити-ческие. Именно в этом направлении наиболее успешно разви-вается сотрудничество государств в рамках Совета Европы, ОБСЕ и других региональных организаций.
 

 

Правосубъектность индивида и его ответственность за преступные нарушения международного права

Просмотров: 4 013
Развитие сотрудничества государств в области прав человека па универсальном и региональном уровнях с каждым годом расширяет объем прав, предоставляемых индивиду различными международными соглашениями. Этот процесс привел к тому, что индивид стал непосредственным субъектом международного права.
Вопрос о международной правосубъектности в целом, и особенно о статусе индивида в международном праве, является одним из наиболее спорных в юридической науке. В общей теории государства и права субъект права определяется как носитель юридических прав и обязанностей.
Следуя этому определению, многие российские юристы-меж-дународники полностью распространяют его и на международное право.
Несомненно, что юридическая способность обладать меж-дународными правами н нести обязанности — свойство субъек-тов международного права. Однако ограничиться только этим определением — значит не учитывать специфику международ-ного права. Поэтому в многочисленных определениях подчер-киваются и другие свойства субъекта, например участие в меж-дународных правоотношениях н в разработке и создании норм международного права'.
К свойствам субъекта международного права следует от-нести, на наш взгляд, и его ответственность за нарушение норм и принципов международного права. Кстати, это неотъемлемый элемент правового статуса личности и во внутри государ-] ствсшюм праве. Учитывая сказанное, молено дать следующее определение субъекта международного права: это носител! международных прав и обязанностей, который участвует в меж-| дупародных правоотношениях, в создании норм и принципоЕ международного права и несет ответственность за их парушс-) н ие.
Международное право исторически сложилось как межго1 сударственное. Таким оно является и в настоящее время. Од-? нако государства все чаше и чаще разрабатывают п принимают!! нормы, которые не только регулируют их взаимоотношения, по1' и адресованы международным неправительственным организа-циям и индивидам. Такие нормы применяются как опосредо-ванно, т. с. через нормы внутригосударственного права, так и напрямую. Они обязывают государства не только обеспечить определенные права индивида, но в ряде случаев непосредствен-но наделяют его нравами и обязанностями. Более того, индивид может требовать от государства выполнения взятых меж-дународных обязательств и в этих целях правомочен также обращаться в международные органы.
Государства, ратифицируя международные соглашения по правам человека, берут па себя обязательства соблюдать дос-тигнутые договоренности не только перед другими государствами, по и перед своими гражданами и всеми лицами, находящимися под их юрисдикцией. За нарушение ряда норм и принципов международного права ответственность несут как государства, так и отдельные индивиды. Индивид все более активно "вторгается" в международное право и даже в ряде случаев принимает участие в процессах обеспечения международных стандартов в области прав человека. Это подчеркивается в Итоговом документе Венской встречи государств — участни-ков СБСЕ, который обязывает государства "уважать право своих граждан самостоятельно или совместно с другими вносить активный вклад в развитие и защиту прав человека и основных свобод, право лиц наблюдать за осуществлением и способствовать выполнению положений документов СБСЕ и присоединиться к другим с этой целью".
 

 

Международные преступления и правонарушения

Просмотров: 3 463
Как уже отмечалось, индивид не только имеет права, закрепленные в межгосударственных соглашениях, т. с. обладает международной иравосубъектносгыо, ион песет ответственность за нарушение принципов и норм международного права. Принято различать две категории деликтов: международные правонарушения и международные преступления (особо опасные правонарушения).
Согласно ряду международных документов в понятие "международное преступление" включаются "преступления против мира и человечества" и "преступления против международного права". Они выражаются в нарушении принципов н норм международного права, имеющих основополагающее значение для обеспечения мира, защиты человеческой личности и жизненно важных интересов международного сообщества в целом.
Статья 6 Устава Международного военного трибунала, со-зданного для суда над военными преступниками, включает в категорию международных три вида преступлений против че-ловечества:
"а) преступления против мира, а именно: планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны или войны в нарушение международных договоров, соглашении пли заверений, или участие в общем плане или заговоре, направленных к осуществлению любого из вышеперечисленных действий;
Ь) военные преступления, а именно: нарушение законов или обычаев войны. К этим нарушениям относятся: убийства, истязания или увод в рабство или для других целей гражданского населения оккупированной территории; убийства или истязания военнопленных или лиц, находящихся в море; убийства заложников; ограбление общественной или частной собственности; бессмысленное разрушение городов и деревень; разорение, не оправданное военной необходимостью, и другие преступления;
с) преступления против человечности, а именно: убийства, истребление, порабощение, ссылка н другие жестокости, совер-шенные в отношении гражданского населения до или во время войны, или преследование по политическим, расовым или рели-гиозным мотивам в целях осуществления или в связи с любым
преступлением, подлежащим юрисдикции Трибунала, независи-мо от того, являлись ли эти действия нарушением внутреннего права страны, где они были совершены, или ист".
Конвенция 1948 г. о предупреждении преступления гено-цида и наказании за него относит к категории международных преступлении также геноцид (ст. 1).
Конвенция 1968 г. о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества рассматривает в качестве международных военных преступле-ний преступления против человечества, изгнание в результате вооруженного нападения пли оккупации и бесчеловечные дей-ствия, являющиеся следствием политики апартеида, а также ге-ноцида (ст. 1).
Квалифицирует апартеид как преступление, нарушающее принципы международного права, п Конвенция 1973 г. о пре-сечении преступления апартеида н наказании за него. В этой Конвенции в качестве преступной квалифицируется сходная с апартеидом политика н практика расовой сегрегации н дискри-минации (сг. I и II).
В 1976 г. Комиссия международного нрава одобрила про-ект статей об ответственности государств. В этом документе к международным преступлениям отнесены: агрессия, установ-ление или сохранение сплои колониального господства, раб-ство, геноцид, апартеид и экоцид (п. 3 ст. 19).
В результате развития международного права перечень действий, объявляемых международными преступлениями, бу-дет, несомненно, расширяться.
В проекте Кодекса преступлений против мира и безопас-ности человечества, принятом Комиссией международного пра-ва на своей 43-й сессии в 1991 г., к числу международных пре-ступлений отнесены не только агрессия, но и угроза агрессии и интервенция, а также установление или сохранение силой ко-лониального и иностранного господства, геноцид, апартеид, систематические или массовые нарушения прав человека (убий-ство, пытки, рабство, принудительный или насильственный труд, систематическое или массовое преследование по социальным, политическим, расистским, религиозным или культурным причинам, насильственная депортация населения); исключительно серьезные военные преступления; вербовка, использование, финансирование и обучение наемников; международный герроризм; незаконный перевоз наркотиков; преднамеренное нанесе-ние ущерба окружающей среде. Все они влекут массовые нару-шения прав человека, их преступный характер выражается в посягательстве на основополагающие нрава личности.
Статут Международного уголовного суда, принятый дип-ломатической конференцией полномочных представителей го-сударств под эгидой ООН в июле 1998 г., значительно расши-рил категорию международных преступлений.
В эту категорию Суд включил: преступление геноцида, преступление против человечности, военные преступления и агрессию.
 

 

Африканская хартия прав человека и прав народов

Просмотров: 2 412
В отличие от азиатских, африканские государства создали в 1981 г. региональную организацию по правам человека, приняв Хартию прав человека и прав народов, положения которой учитывают специфику континента и задач государств-участников. В этом документе па первый план выдвигаются вопросы самоопределения, борьбы с колониализмом, с иностранным господством, проблемы социально-экономического и культурного развития, осуществления суверенных прав над природными богатствами и ресурсами. Значительное место в Хартии заняли такие права народов, как право на международны]'! мир и безопасность, на развитие, на благополучную окружающую среду и другие права, имеющие особое значение для ликвидации остатков колониализма и свободного развития Африки. Хартия предусмотрела и создание Комиссии прав человека и прав народов.
Эта Комиссия ежегодно проводит свои сессии. Согласно ст. 62 Хартии, государства-участники обязуются каждые два года представлять доклады о законодательных и иных мерах, принятых ими для обеспечения прав и свобод, прсдусмотренных в Хартии. Функции Комиссии сформулированы лишь в общих чертах, и в Хартии не содержится норм о полномочиях этого органа принимать какие-либо решения но обсуждаемым докладам. На практике Африканская комиссия формулирует лишь предложения по законодательному обеспечению тех или иных прав и свобод.
В Хартии в отличие от Европейской и Межамериканской конвенций проводится различие между сообщениями о единичных нарушениях прав индивидов и теми, которые "свидетельствуют о существовании многочисленных случаев массовых и грубых нарушении прав человека и нрав пародов" (ст. 58). Если Африканская комиссия, изучив сообщения, приходит к выводу о наличии в топ или иной стране систематических нарушений прав человека и прав народов, она извещает об этом Ассамблею глав государств и правительств. По поручению Ассамблеи Комиссия проводит "всестороннее" расследование таких случаев и представляет ей свой доклад с выводами и рекомендациями. За первые 10 лет функционирования Комиссии она получила 34 сообщения о массовых нарушениях прав человека.
Все сообщения рассматриваются конфиденциально до тех пор, пока Ассамблея глав государств и правительств не примет решения. Информацию об отдельных нарушениях прав и сво-бод человека Комиссия не рассматривает.
Анализируя сотрудничество стран Африки в области нрав человека, африканские юристы отмечают, что в основе такого сотрудничества находятся вопросы развития, а также борьбы с колониализмом и расизмом1.
Создана и Постоянная арабская комиссия по правам чело-века. Основное внимание в ее работе уделяется вопросам борь-бы с нарушениями прав человека на оккупированных Израилем территориях.
Процесс продвижения к демократии в Африке развивается весьма сложно и противоречиво. На этом континенте имеется немало лидеров, которые считают, что примат права в жизни страны и уважение основных прав и свобод — принципы, при-менимые лишь к европейским понятиям демократии. Они аб-солютизируют роль государственного суверенитета и делают акцепт на особые традиции Африки.
 

 

Межамериканская конвенция по правам человека

Просмотров: 3 374
Интеграционные процессы, происходящие в Европе, уникальны. В других регионах мира они еще далеки от европейских. Межамериканская конвенция по правам человека, которая была принята 20 ноября 1969 г. на Межамериканской дипломатической конференции в Коста-Рике, во многом скопирована с Европейской. Лишь 12 из 19 латиноамериканских государств, участвовавших в конференции, подписали этот документ. Не поставили своей подписи под Конвенцией и США.
Потребовалось почти 10 лет, чтобы 11 государств ратифицировали ее; она вошла в силу в 1978 г. На 1 января 1999 г., т. е. 30 лет спустя, еще не все государства, входящие в Организацию Американских государств (ОАГ), ее ратифицировали.
В перечне прав и свобод, провозглашенных в Межамериканской конвенции, даже не отражен ряд тех из них, которые закреплены в Пакте о гражданских и политических правах, таких как право народов на самоопределение, право этнических, религиозных и языковых меньшинств пользоваться своей культурой, исповедовать свою религию, исполнять свои обряды, а также пользоваться родным языком и др. В Конвенции нет основных социально-экономических прав. Статья 26 этого документа содержит лишь общее пожелание об их "последовательной реализации"2.
Согласно этой Конвенции, полномочия по контролю за выполнением обязательств, взятых государствами-участниками, возложены на Межамериканскую комиссию и Межамериканский суд по правам человека. Их функции во многом заимствованы из Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Деятельность этих органов оказалась практически неэффективной. За годы своего функционирования Суд, |? например, вынес немногим более десяти консультативных заключений и решений. Первое решение было вынесено лишь 29 июля 1988 г., т. с. через 10 лет после вступления Конвенции в силу.
В последние годы наблюдается определенная активизация деятельности Комиссии и Суда. Однако она выявила целый ряд проблем. В ряде своих решений Суд обвинил некоторые
государства континента в нарушении Конвенции, выразившихся в "исчезновении" противников режима. Суд потребовал выплатить компенсацию семьям погибших. Однако практически пп одно из таких решении выполнено не было.
Многие западные ученые признают, что функционирование региональной системы защиты прав человека, созданной на основе Межамериканской конвенции, свидетельствует о ее неэффективности, определяемой нестабильностью политических режимов в ряде государств данного региона.
Межамериканская конвенция составлена в отрыве от реальной жизни и социально-экономических условий, сложившихся на Латиноамериканском континенте. Народы ряда стран Латинской Америки лишены не только социально-экономических, но и элементарных гражданских и политических прав. Многие лица являются жертвами репрессий, томятся в тюрьмах и концлагерях, подвергаются пыткам. А ведь некоторые из этих стран ратифицировали Межамериканскую конвенцию но правам человека, взяв, таким образом, обязательство соблюдать закрепленные в ней права и свободы человека.
 

 

Европейская система защиты прав человека

Просмотров: 5 380
Старейшей региональной организацией на Европейском континенте является Совет Европы1. 4 ноября 1950 г. в Риме его членами была принята Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод, которая вступила в силу 3 сентября 1953 г. Спустя 25 лет после принятия Конвенции ее уча-стниками стали все члены Совета Европы'.
Как подчеркивается в преамбуле Конвенции, ее участники поставили перед собой цель предпринять "первые шаги" для осуществления "некоторых прав", перечисленных во Всеобщей декларации прав человека. И действительно, в Конвенции содержится лишь часть прав и свобод, закрепленных во Всеобщей декларации и Пактах о правах человека. Однако достоинство созданной системы состоит в том, что она постоянно развивается и дополняется новыми документами. Дополнительные протоколы к Конвенции включили в систему европейской защиты практически весь перечень гражданских и политических прав.
Однако ценность Европейской конвенции состоит не только в зафиксированных правах и свободах, но и в создании механизма их имплементации. Этот механизм является "уникальным, жизненным и развивающимся'4.
Какова же сущность механизма пмплементации, созданного Европейской конвенцией? На основании этой Конвенции были образованы два органа — Европейская комиссия но правам человека и Европейский Суд по правам человека, которые наделены полномочиями по рассмотрению жалоб как государств, так и отдельных лиц. Любое государство-участник может направить в Комиссию жалобу о том, что другая сторона нарушает положение Конвенции (ст. 24). Комиссия правомочна рассматривать также жалобы отдельных лиц, неправительственных организаций и групп лиц о нарушении их прав участниками Конвенции. Жалобы рассматриваются только в том случае, если государство, против которого они поданы, признало подобную компетенцию Комиссии (ст. 25). Постепенно все члены Совета Европы признали такую компетенцию не только Комиссии, но и Суда.
Комитет министров Совета Европы рассматривал жалобы лишь в том случае, если они не были переданы в Европейский Суд по правам человека. Дела в этот Суд передаются как Комиссией, так и государством-участником.
Созданный на базе Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод контрольный механизм был в значительной степени результатом компромисса. В годы его создания члены Совета Европы не были готовы к отказу от части своих суверенных прав, переводу наднациональной защиты прав человека на более высокий уровень и предоставление индивиду права па прямой доступ в Суд. Сейчас такие условия созрели.
11 мая 1994 г. члены Совета Европы приняли протокол № 11 к Европейской конвенции о защите прав человека и ос-новных свобод, который предоставил индивиду, неправитель-ственным организациям и группам лиц возможность направ-лять петиции непосредственно в Суд. Этот протокол вступил в силу в октябре 1997 г. после того, как все государства-участники подписали и ратифицировали его. Согласно протоколу Европейская комиссия по нравам человека упраздняется и единственным органом становится Суд. Для рассмотрения дел Суд учреждает комитеты из трех судей, палаты из семи судей и большие палаты из семнадцати судей. Вопросы о приемлемости жалоб 'будут решаться комитетами из трех судей. Это вызвано тем, что поток жалоб постоянно возрастает, особенно в связи с ростом членов Совета Европы, п комитеты смогут быстро и оффек-тивно решать вопросы о приемлемости индивидуальных жалоб. Сами же дела решаются палатами. Большие палаты об-суждают наиболее серьезные вопросы интерпретации Конвен-ции, а также дела, переданные ей по требованию участвующих в споре сторон.
 

 

Механизм рассмотрения индивидуальных жалоб

Просмотров: 2 856
После принятия Устава ООН широко распространилась практика предоставления индивиду права на прямой контакт с судебными и несудебными международными органами. По-лучая самостоятельный статус во взаимоотношениях с между-народными органами, индивид имеет возможность независимо от государства защищать свои права. Такой доступ, предус-мотренный как универсальными, так и региональными между-народными соглашениями, стал одним из основных принципов современного международного права. Это не означает, как полагают некоторые юристы-международники, легализацию вмешательства во внутренние дела государства2, а свидетель-ствует о серьезных изменениях в природе международного права.
Права индивида на обращение в международные несудеб-пыс органы было предусмотрено еще в рамках установленных Лигой Наций мандатной системы и системы защиты этнических,
религиозных и языковых меньшинств1. Однако только после второй мировой войны это право получает реальное воплоще-ние и широкое признание со стороны мирового сообщества.
Первоначально большинство государств — членов ООП негативно относились к индивидуальным жалобам, поступающим в эту Организацию. В 1959 г. ЭКОСОС в резолюции 728 (XXVIII) в очередной раз одобрил заявление Комиссии по правам человека о том, что она не имеет полномочии предпринимать какие-либо действия в отношении жалоб, касающихся прав человека.
В 1965 г. Специальный комитет по вопросам о предостав-лении независимости колониальным странам и народам обра-тил внимание Комиссии но правам человека на полученные им многочисленные петиции, свидетельствующие о грубых нару-шениях нрав человека в южной части Африки. В связи с этим Комиссия по правам человека решила ежегодно рассматривать "вопрос о нарушении прав человека и основных свобод, вклю-чая политику расовой дискриминации и сегрегации и политику апартеида во всех странах, особенно в колониальных и других зависимых странах и территориях" (резолюция 8 (XXIII)). ЭКОСОС одобрил это решение Комиссии и в резолюции 1235 (ХЫ1) от 6 июня 1967 г. уполномочил се, а также Подкомиссию по предупреждению дискриминации и защите меньшинств изучать информацию, содержащуюся в сообщениях частных лиц, "относительно грубых нарушений прав человека и основных свобод, нашедших выражение в политике апартеида, проводимой в Южно-Африканской Республике и на территории Юго-Западной Африки, за которую Организация Объединенных Наций несет прямую ответственность и которая в настоящее время незаконно оккупирована правительством Южно-Афри-канской Республики, а также в политике расовой дискримина-ции, практикуемой особенно в Южной Родезии...". ЭКОСОС поручил Комиссии по правам человека после тщательного изу-чения вышеупомянутой информации представить ему доклады с рекомендациями.
Резолюция 1235 (ХЫ1) не установила процедуру и меха-низм рассмотрения индивидуальных жалоб. Решающий шаг в этом направлении был сделай решением ЭКОСОС, который
27 мая 1970 г. по рекомендации Комиссии по правам человека принял резолюцию 1503 (ХЬУШ) по вопросу о процедуре рассмотрения сообщений, касающихся нарушений прав человека и основных свобод. Согласно этой резолюции Подкомиссия по предупреждению дискриминации и защите меньшинств назначает рабочую группу из пяти своих членов, которая раз в год в течение двух недель непосредственно перед сессией Подкомиссии рассматривает и доводит до ее сведения все сообщения, свидетельствующие о грубых и массовых нарушениях прав человека и основных свобод, наряду с ответами, получаемыми от соответствующих государств. Подкомиссия, обсудив доклад рабочей группы, может обратить внимание Комиссии по правам человека на ту или иную конкретную ситуацию, существующую в определенной стране. Комиссия, в свою очередь, может после соответствующего анализа положения дел представить ЭКОСОС доклад со своими выводами и рекомендациями. В качестве альтернативы она может учредить рабочую группу экспертов или назначить своего представителя для посещения того или иного государства с согласия последнего и проведения переговоров с правительством. Выводы н предложения экспертов затем обсуждаются Комиссией.
Вся эта процедура является конфиденциальной до тех пор, пОка Комиссия не примет решения. Начиная с 1987 г. председатель Комиссии официально объявляет, ситуация в каких странах обсуждается на основании процедуры, предусмотренной в резолюции 1503 (ХЬУШ).
В свою очередь ЭКОСОС принимает решение опублико-вать материалы, относящиеся к нарушениям прав и свобод человека в конкретных странах'.
Все это оказывает определенное политическое воздействие на государство.
Процедура, предусмотренная резолюцией 1503 (ХЬУШ), вводилась в 1970 г. как временная, до введения в действие Факультативного протокола к Пакту о гражданских и политических правах. Протокол вступил в силу еще в марте 1976 г., однако многие государства — члены ООН не являются его участниками, и потому эта процедура будет, вероятно, действовать, пока подавляющее большинство государств не присоединится
к Факультативному протоколу. Сейчас же индивидуальные жалобы рассматриваются многими конвенционными органами.
Наряду с Комитетом по нравам человека созданы и дей-ствуют контрольные органы, учрежденные в соответствии с та-кими международными соглашениями, как Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации, Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Функции этих органов по рассмотрению жалоб отдельных лиц во многом аналогичны полномочиям Комитета по правам чело-века.
В литературе по международному нраву высказываются различные мнения об эффективности работы контрольных ор-ганов по рассмотрению жалоб отдельных лиц. Некоторые ав-торы отрицают их полезную роль1, другие подчеркивают их несомненную эффективность в системе заищты прав человека2.
Совершенно очевидно, что в современных межгосударственных отношениях значимость индивидуальных сообщений резко возрастет.
 

 

Функции контрольных органов, учрежденных международными конвенциями по правам человека

Просмотров: 3 109
Наряду с деятельностью ООН все большее значение для защиты прав и свобод личности на международном уровне при-обретает функционирование конвенционных органов, учрежденных па основании ряда международных соглашений по правам человека, принятых после создания ООН.
Действующая в настоящее время система конвенционных органов по правам человека, одной из главных функций кото-рых является рассмотрение докладов государств, появилась сравнительно недавно. До их создания, согласно решению, принятому ЭКОСОС в 1965 г. по рекомендации Комиссии ООН по правам человека (резолюция 624 В (XXII)), члены ООН представляли Генеральному секретарю ООН ежегодные доклады относительно осуществления тех или иных прав.
Система представления докладов об экономических, соци-альных и культурных, а также гражданских и политических правах и свободе информации после вступления Пактов о пра-вах человека в силу была заменена новой процедурой, предус-мотренной в ряде международных договоров.
Как уже отмечалось, одним из первых контрольных орга-нов, созданных на основании международных конвенций в этой области, был Комитет по правам человека. В настоящее время ситуация коренным образом изменилась. Функции контроля за соблюдением международных договоров наряду с ним вы-полняют еще пять органов: Комитет по расовой дискриминации (1970 г.), Комитет по ликвидации дискриминации в отношении женщин (1982 г.), Комитет но экономическим, социальным и культурным правам (1985 г.), Комитет против пыток (1988 г.), Комитет по правам ребенка (1990 г.).
Время выявило определенные недостатки и в их работе. Исходя из ограничительного толкования международных со-глашений по правам человека, эти комитеты вначале обсуждали доклады государств-участников только на основе представленной ими информации. Однако работа контрольных органов показала, что государства — участники международных соглашений по нравам человека приукрашивают истинное положение дел и зачастую представляют необъективную информацию. Поэтому члены различных комитетов стали постепенно приходить к выводу о необходимости (в целях объективности п полноты контроля) иметь право использовать любую информацию, а не только поступающую от государства.
Кроме того, десятки стран до сих пор не ратифицировали основополагающие соглашения по правам человека и поэтому не несут никаких обязательств но представлению докладов в конвенционные органы. Генеральная Ассамблея ООН неоднократно выражала озабоченность этим и на каждой сессии принимала резолюции, настоятельно призывающие государства ратифицировать Пакты о правах человека и другие основополагающие документы в этой области. Практические меры для этого ООН почти не принимала.
Одна из причин недостаточной эффективности работы кон-венционных органов состоит в том, что международные со-глашения по правам человека наделили их правом выносить в адрес государств лишь "общие замечания" или "общие реко-мендации". Так, в п. 4 ст. 40 Пакта о гражданских и политических правах указано, что Комитет по правам человека, рассматривая доклады государств, правомочен делать только замечания "общего порядка". Эта формула вызывает различные толкования как среди членов Комитета, так и среди юристов-международников. Правило 70 (3) Временных правил процедуры Комитета гласит: "Если на основании рассмотрения представленных государством-участником докладов и информации Комитет решит, что оно не выполнило некоторых из своих обязательств, налагаемых на него в соответствии с Пактом, он может в соответствии с пунктом 4 статьи 40 Пакта сделать такие замечания общего порядка, которые он сочтет целесообразным"1.
Некоторые члены Комитета считали, что в общих замечаниях следует выделить вопросы, представляющие интерес для ряда государств-участников, высказывания по проблемам осуществления Пакта, характеру и объему прав и свобод, предусмотренных в нем. Они выступали против оценки Комитетом осуществления тем или иным государством-участником своих обязательств по Пакту, расценивая это как вмешательство во внутренние дела1. Другие члены Комитета полагали, что толкование и практика могут идти гораздо дальше формулировок Пакта-. Однако в ходе работы Комитета предпочтение получила первая точка зрения.
В своих общих замечаниях, выносимых в соответствии с п. 4 ст. 40 Пакта, Комитет по правам человека дает толкование отдельных статей Пакта и предлагает меры, которые должны предприниматься государствами для их выполнения. При этом он воздерживался от вынесения рекомендаций в адрес конк-ретных государств. Так, на одной из своих сессий Комитет дал толкование принципа равенства и запрещения дискриминации (ст. 2 и 3 Пакта), права семьи на защиту со стороны общества и государства (ст. 23) и потребовал от государств-участников предпринять законодательные и иные меры для их осуществле-ния5. Лишь в последние годы Комитет, как уже отмечалось, стал выносить в адрес государств конкретные замечания.
Следует особо отметить, что масштаб деятельности конвенционных органов постоянно расширяется, растет число обсуждаемых ими докладов, получаемой информации. При этом многие конвенционные органы дублируют работу друг друга. Так, Комитет по правам человека рассматривает такие вопросы, как запрещение дискриминации и равенство перед законом, которые обсуждаются практически всеми другими конвенционными органами. Существует параллелизм в работе конвенционных органов и различных учреждений ООН.
Пытки, практикуемые во многих странах мира, рассмат-риваются Комитетом по правам человека, Комитетом против пыток, специальным докладчиком Комиссии ООН по правам человека по вопросу о пытках, специальным докладчиком Комиссии ООН по правам человека по вопросу о казнях без над-лежащего судебного разбирательства, или произвольных каз-нях, а также Рабочей группой по произвольным задержаниям Комиссии ООН по правам человека.
 

 

Роль и компетенция главных и вспомогательных органов ООН

Просмотров: 3 079
Функции и полномочия Организации Объединенных На-| цин в области прав человека чрезвычайно разнообразны. Оли! принимают рекомендации, выносят решения, созывают между-1 народные конференции, подготавливают проекты конвенций,! проводят исследования, оказывают консультативную и техпи-1 ческую помощь отдельным странам. В ряде случаев они осуще-1 ствляют и контрольные функции за соблюдением государства-! ми обязательств, взятых по Уставу ООН и по международным! соглашениям.
Фактически все главные и значительное число вспомога-1 тельных органов ООН в той или иной степени занимаются воп-* росами нрав человека.
Главную ответственность за выполнение функций Органи-зации по содействию всеобщему уважению и соблюдению ос-новных прав и свобод человека несет Генеральная Ассамблея ООН н под ее руководством Экономический и Социальный Совет (ст. 60 Устава ООН). Полномочия Генеральной Ассамблей в области прав человека определены в ст. 13 Устава ООН. "Генеральная Ассамблея, — подчеркивается в этой статье, — организует исследования и делает рекомендации в целях... со-действия международному сотрудничеству в области экономи-ческой, социальной, культуры, образования, здравоохранения н содействия осуществлению прав человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка п религии".
Вопросы прав человека обычно включаются в повестку дня Генеральной Ассамблеи на основании соответствующих разделов доклада Экономического и Социального Совета и решений, принятых Генеральной Ассамблеей па предыдущих сессиях. Время от времени они также предлагаются для обсуждения другими главными органами ООН, государствами — членами Организации и Генеральным секретарем.
Подавляющее большинство вопросов, относящихся к пра-вам человека, рассматривается Третьим комитетом Ассамблеи (социальные и гуманитарные вопросы и вопросы культуры), однако некоторые из них обсуждаются и другими комитетами. Принятые ими решения обсуждаются и утверждаются на пленарных заседаниях Генеральной Ассамблеи.
Согласно упомянутой выше ст. 13 Устава ООН функции Генеральной Ассамблеи состоят главным образом в организации исследовании и принятии рекомендаций. Исследования, относящиеся к правам человека, по поручению Генеральной Ассамблеи выполняются Экономическим и Социальным Советом (ЭКОСОС) и его вспомогательными органами, специали-| зированными учреждениями и Генеральным секретарем ООН.
Рекомендации, принимаемые Генеральной Ассамблеей как в области прав человека, так и по другим вопросам, согласно Уставу ООН не являются юридически обязательными для го-сударств — членов ООН. Оценивая юридический характер резолюций Генеральной Ассамблеи по вопросам прав человека, необходимо иметь в виду, что согласно ст. 55 и 56 Устава ООН государства — члены ООН взяли на себя обязательство пред-принимать совместные и самостоятельные действия в сотруд-ничестве с Организацией в целях развития всеобщего уважения к правам человека и их соблюдения. Поэтому несомненно, что резолюции Генеральной Ассамблеи, за принятие которых голосовали все или подавляющее большинство государств — членов Организации, могут свидетельствовать о существовании определенных принципов и норм международного права, обя-зательных для всех государств.
Для осуществления своих функции в области прав человека Генеральная Ассамблея в соответствии со ст. 22 Устава ООН создаст по мере надобности различные вспомогательные орга-ны. Некоторые из них создаются ас! Ьос, другие являются, по сути дела, постоянными пли функционируют в течение дли-тельного времени.
Согласно Уставу ООН, наряду с Генеральной Ассамблеей ответственность за выполнение функций Организации в области прав человека несет Экономический и Социальный Совет, который работает под руководством Ассамблеи.
Им в 1946 г. была создана Комиссия ООН по правам че-ловека. Первоначально она состояла из 18 членов. Затем ее состав увеличивался в связи с приемом в ООН новых членов и в настоящее время в Комиссию входят представители 53 госу-дарств. ЭКОСОС не согласился с предложениями о том, чтобы члены Комиссии исполняли свои обязанности в личном каче-стве, а не как Представители государств (резолюция 9 (11) от 21 нюня 1996 г.).
Члены Комиссии избираются Экономическим и Социальным Советом па три года. Комиссия но правам человека собирается па ежегодные сессии продолжительностью шесть недель и принимает свои решения большинством голосов присутствующих и принимающих участие в голосовании членов. В ее функции с момента создания, согласно резолюциям ЭКОСОС 5 (I) и 9 (II), входила подготовка предложений и докладов Совету отнс ситслыю: а) международного Билля о правах человека; б) меж! дупародных деклараций и конвенций о гражданских свободах} положении женщин, свободе информации н других подобных вопросах; в) защиты меньшинств; г) предотвращения дискри-минации по признакам расы, пола, языка или религии; и д) любых других вопросов, касающихся прав человека, которые не перечислены в предыдущих пунктах. Комиссия осуществляет исследования, делает рекомендации, представляет информацию и выполняет другие поручения Экономического и Социального Совета. Подготовка крупных исследований обычно _ поручается специальным докладчикам. Завершенные исслсдо-[ ваиия служат основой для принятия Комиссией различного рода) решений.
На своей 1-й сессии в 1947 г. Комиссия по правам человека учредила Подкомиссию по предупреждению дискриминации и защите меньшинств вместо двух подкомиссий (одной — по предупреждению дискриминации и второй — по защите меньшинств), предложенных Экономическим и Социальным Советом в резолюции 9 (II) от 21 июня 1946 г. Подкомиссия состоит в настоящее время из 26 человек (первоначально в ее состав входило 12 человек), избранных Комиссией по правам человека, которые выполняют своп обязанности в течение четырех лет в личном качестве, а не как представители государств. Однако избрание любого члена Подкомиссии происходит только с согласия государства, гражданином которого он является.
Функции Комиссии по правам человека чрезвычайно разнообразны. Они постоянно расширяются в связи с развитием межгосударственных отношении в области прав человека и возникновения многих проблем в этой сфере.
Значительную часть работы Комиссии составляет деятельность ее специальных органов по изучению конкретных ситуаций и проведению расследований грубых, массовых и система-тических нарушений прав человека, включая политику апартеида и расовой дискриминации, а также нарушений на территориях, оккупированных в результате акта агрессии.
В соответствии с резолюцией 2 (XXIII) Комиссия по правам человека в 1967 г. создала специальную рабочую группу в со-ставе пяти экспертов, которой было поручено расследовать случаи применения пыток и плохого обращения с заключенными, с задержанными и находящимися под надзором полиции лицами в ЮАР.
Комиссия по правам человека на своей 25-й сессии решила создать специальную рабочую группу экспертов, цель которой — "изучить утверждения о случаях нарушения Израилем Женевской конвенции от 12 августа 1949 г., касающейся защиты гражданских лиц во время войны на территориях, оккупированных Израилем в результате военных действий на Среднем Востоке" (резолюция 6 (XXV)). Эта группа уполномочивалась "получать сообщения, заслушивать свидетелей, применять процедуру, которая является, по ее мнению, необходимой".
Специальные органы создавались Комиссией для рассле-дования нарушений прав человека тоталитарными режимами. 31-я сессия Комиссии по правам человека, состоявшаяся в феврале —марте 1975 г., учредила специальную рабочую группу из пяти членов для проведения "расследования существующего положения в области прав человека в Чили" путем "посещения Чили п па основе устных и письменных показании, которые будут собраны из всех соответствующих источников" (ре-золюция 8 (XXXI)).
Специальные докладчики пли представители Комиссии ООН по нравам человека назначены по Ираку, Сальвадору, Га-ити и ряду других стран. Они выезжают на места, проводят расследования, представляют своп предложения и рекоменда-ции.
Одной из распространенных контрольных форм работы Комиссии ООН по правам человека является создание так на-зываемых тематических механизмов. Первым подобным ме-ханизмом стала Рабочая группа по насильственным или недо-бровольным исчезновениям, учрежденная в 1980 г. В 1982 г. Комиссия назначила специального докладчика по вопросу о казнях без надлежащего судебного разбирательства, или про-извольных казнях, а в 1985 г. — специального докладчика по вопросу о пытках.
Комиссия назначает также специальных докладчиков для защиты особых категорий жертв нарушений прав человека. Так, в 1986 г. был учрежден институт специального докладчика по вЪпросу об осуществлении Декларации о ликвидации всех форм ^ нетерпимости и дискриминации на основе религии и убсжде-1 пип. В 1990 г. назначается специальный докладчик по вопросу о торговле детьми, детской проституции и детской порнографии, а в 1991 г. учреждается Рабочая группа по произвольным задержаниям, в круг ведения которой входят задержания, не совместимые с такими основными свободами, как свобода сове-сти. В настоящее время Комиссией ООН по правам человека учреждено свыше десяти тематических процедур, и их число продолжает расти. Представители этих органов выезжают в страны, где нарушаются права человека, налаживают диалог с соответствующими государствами, ежегодно представляют Ко-миссии но правам человека доклады о своей деятельности.
Опыт многолетнего обсуждения вопросов о правах чело-века в ООН со всей очевидностью показал, что продуманная организация контрольных органов имеет важное значение для плодотворной деятельности всей системы взаимоотношений государств в рассматриваемой области. Однако в настоящее вре-мя контрольная функция еще далека от совершенства. Система контрольных органов ООН в области прав человека очень громоздка, в ее работе наблюдается дублирование и паралле-лизм, рассмотрение ряда вопросов повестки дня из года в год переносится. Поскольку деятельность этих органов носит сес-сионный характер, они не способны принимать экстренные меры в условиях кризисов. Массовые злодеяния в Сомали, Курдистане, Руанде, Бурунди и других странах показали необходимость срочного вмешательства ООН в подобные конфликты, причем не только в форме расследований и установления системы контроля, но и применения принудительных мер.
Продолжающиеся массовые нарушения основных нрав и свобод человека во многом определяются отсутствием полити-ческой воли государств — членов ООН к созданию соответ-ствующего механизма с необходимыми полномочиями, который бы не только координировал программу работы многочисленных контрольных органов, но и действовал быстро, эффективно н решительно. Не случайно многие ученые, дипломаты и государственные деятели, анализируя сложившуюся ситуацию, говорят о "кризисе", "тупиковом положении", необходимости реорганизации всей системы деятельности органов ООН в области прав человека па основе "нового подхода"1.
В 1990 г. Генеральная Ассамблея приняла решение созвать Всемирную конференцию по правам человека в Вене. Одной из ее целей, согласно резолюции Генеральной Ассамблеи 45/155 от 18 декабря 1990 г., была оценка эффективности методов де-ятельности и механизмов ООН в области прав человека и раз-работка конкретных рекомендаций по улучшению такой дея-тельности. Одним из наиболее спорных было предложение учредить пост Верховного комиссара ООН по правам человека, сделанное в докладе Подготовительного комитета. Однако Конференция приняла решение рекомендовать Генеральной Ассамблее ООН, чтобы "при рассмотрении доклада Конферен-ции на своей сорок восьмой сессии она в первоочередном по-рядке начала изучение вопроса об учреждении поста Верхов-ного комиссара по правам человека в целях поощрения и за-щиты всех прав человека"2.
Предложение создать должность Верховного комиссара по правам человека не ново. В 1967 г. Комиссия по правам чело-века приняла резолюцию 14 (XXIII), в которой просила ЭКОСОС рекомендовать Генеральной Ассамблее принять проект резолюции об учреждении Управления Верховного комиссара по правам человека. ЭКОСОС согласился с рекомендациями Комиссии и на 42-й сессии принял соответствующую резолюцию (резолюция 1237 (XII)). Генеральная Ассамблея рассматривала этот вопрос множество раз и только на своей 48-й сессии после долгой полемики и обсуждения различных позиций 20 декабря 1993 г. приняла резолюцию 48/141 об учреждении поста Верховного комиссара по правам человека. Хотя резолюция Генеральной Ассамблеи и не наделила Верховного комиссара широкими полномочиями, тем не менее он координирует всю деятельность ООН в области прав человека и принимает необходимые меры, повышающие се эффективность в данной сфере.
Активизация деятельности ООН особенно необходима для пресечения массовых и грубых нарушений основных прав и свобод человека, ибо эти нарушения создают угрозу миру и международной безопасности и являются международными преступными деяниями.
 

 

Права человека как отрасль современного международного права

Просмотров: 4 460
В развитие положений Устава ООН в рамках Организации Объединенных Наций и ее специализированных учреждений наряду с Биллем о правах человека разработаны и приняты: Конвенция 1948 г. о предупреждении преступления гено-цида и наказании за пего, Конвенция 1965 г. о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества, Конвенция 1973 г. о пресечении преступления апартеида п наказании за него, Конвенция 1984 г. против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, Конвенция о правах ребенка 1989 г., Конвенция МОТ № 111 о дискриминации в области труда, занятости, Конвенция ЮНЕСКО о борьбе с дискриминацией в области образования и др. Только МОТ приняла почти 200 конвенций по различным социальным и экономическим правам.
В основе международных соглашений и конвенций по воп-росам, относящимся к правам человека, находятся такие осно-вополагающие и общепризнанные принципы, как уважение су-веренитета государств и недопустимость вмешательства в их внутренние дела, самоопределение народов и наций, равноправие всех люден и запрещение дискриминации, равенство прав мужчин и женщин, а также принцип, согласно которому определенные фундаментальные права и свободы должны соблюдаться в любой ситуации, включая вооруженные конфликты. В ряде конвенций закреплен принцип ответственности за преступные нарушения прав человека.
Значение указанных основополагающих принципов в области прав человека состоит в том, что все конкретные нормы должны разрабатываться на основе этих принципов, которые одновременно являются критерием их законности. Разумеется, что все государства должны соблюдать как нормы, непосредственно касающиеся нрав человека, так и другие общепризнанные принципы и нормы современного международного права.
Роль этих принципов в межгосударственных отношениях не остается неизменной. Она может возрастать или в зависимости от ряда факторов международной жизни резко уменьшаться. Так произошло, например, с принципами уважения суверенитета государств и невмешательства в их внутренние дела. Если на протяжении длительного исторического периода эти принципы играли и продолжают играть важную роль в межгосударственных отношениях, то в сфере прав человека их значение в последние годы заметно уменьшилось.
Заключая международные соглашения по правам человека, государства добровольно отказываются от части своих суве-ренных нрав в этой сфере и передают их международным орга-нам, которые наделяются полномочиями "вмешиваться" в их внутренние дела. Развитие международного права в рассмат-риваемой области п в дальнейшем будет сопровождаться раз-витием указанного процесса.
Нормы по правам человека формируются в основном пу-тем заключения многосторонних международных договоров. Двусторонние договоры являются лишь этапом па пути станов-ления этой отрасли права. Международный обычай, который в результате длительности и всеобщности применения признает-ся участниками международных отношений обязательно]'! юри-дической нормой, не играет значительной роли в про лессе фор-мирования норм по правам человека.
В формировании принципов и норм в области нрав чело-века определяющее место занимает ООП н ее снсцпалнзпро-ваипые учреждения. Именно в рамках этой Организации госу-дарствами были разработаны и приняты все важнейшие между-народные соглашения в области прав человека. В ряде случаев принятию международно-правовых договоров предшествует разработка н одобрение декларалнй и резолюций. Необходимость такого подхода во многом диктуется сложностью рассматриваемых проблем и различной позицией государств.
Так были приняты, например, Всеобщая декларация прав человека, а затем Пакты о правах человека, Декларация о лик-видации всех форм расовой дискриминации, а затем Конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации. Практике ООН известны п случаи, когда государствам не удавалось дого-вориться о принятии международного договора п дело ограни-чивалось одобрением резолюций пли декларант!. По даже при взаимном согласии н закреплении в международном договоре каких-либо норм по правам человека создаются лишь предпо-сылки для их реализации. Реальная эффективность таких норм, их объем н степень осуществимости, как уже отмечалось, зави-сят от проведения специальных внутригосударственных мер каждой страной-участницей.
Принципы н нормы, относящиеся к правам человека, скла-дывались как во внутригосударственном, так п в международ-ном праве па протяжении длительного времени. Напомним (см. главу 5), что в зависимости от времени провозглашения различных прав и свобод человека многие ученые делят их па три поколения1. К первому поколению относят гражданские и политические права, которые называют "негативными", поскольку для имплсмсптацип большинства из них государство может не предпринимать каких-либо конкретных действий, а лишь должно не вмешиваться в их осуществление отдельными индивидами. Ко второму — социально-экономические права, которые называют "позитивными", поскольку для их реализации требуются конкретные акции государства.
К третьему поколению многие ученые относят "коллек-тивные", пли "солидарные", нрава. Выдвигая концепцию трех поколении прав человека, К. Васак отнес сюда так называемые коллективные права, основанные па солидарности людей, н по-тому он называл пх правами "солидарности". К ним он при-числил право на развитие, на мир, на здоровую окружающую среду, на общее наследие человечества, а также право па ком-муникацию, которую он связал с концепцией нового мсждуна-1 родного информационного порядка-. Эти права К. Васак пред-лагал закрепить в третьем Пакте, проект которого был им раз-работай*.
Некоторые ученые выступают против третьего поколения прав, заявляя, что только индивид может иметь основные права и свободы, а не коллектив людей пли народ. "В отношении же прав третьего поколения, — пишет К. Томушат, — ипдивиду-.1ЛЫ1ЫЙ элемент становится абсолютно немыслимым'"1. В то же зрсмя большинство ученых совершенно справедливо, на наш взгляд, относят права пародов к нравам человека. Так, американский профессор Л. Сон пишет: "Международное право ^ризпаст не только неотъемлемые права индивидов, но также эпредслспныс коллективные права, которые реализуются совместно индивидами, объединенными в большие группы людей, жлючая пароды и нации. Эти права являются правами человека; эффективное осуществление коллективных нрав служит предпосылкой к осуществлению других прав — как полити-ческих, так и экономических"'.
Права пародов возникли сравнительно недавно. Один из них уже закреплены в международных документах, другие тре-буют разработки и последующего правового оформления.
Разгром гитлеровской Германии, создание Организации Объединенных Наций и принятие Устава ООП, развал коло-ниальной системы и появление на международной арене новых развивающихся государств, возникновение глобальных проблем привели к дальнейшему развитию и закреплению в современном международном праве таких прав народов, как право на мир, па самоопределение, па свободное распоряжение своими естественными богатствами и ресурсами, па развитие, па общее наследие человечества (дно морей и океанов за пределами действия национальной юрисдикции) и многие другие.
В 1981 г. Организация африканских государств приняла Африканскую хартию прав человека л прав пародов, в которой закреплены перечисленные выше права.
Права народов принадлежат коллективу людей (пароду пли нации) и не могут быть реализованы отдельной личностью. В процессе их осуществлениякаждое лицо, входящее в состав того или иного народа, используя своп права и свободы (свободу слова, печати, собраний, право участвовать в выборах и т. п.), выражает отношение к тому или иному вопросу. Мнение большинства, выраженное таким образом, и составляет волю всего народа.
Понятие прав различных поколений употребляется в со-временном международном праве только в историческом кон-тексте. Что же касается существа тех или иных прав, то обычно применяется термин "категория прав человека".
В решениях международных конференций, в различных договорах и соглашениях, в многочисленных резолюциях Гене-ральной Ассамблеи ООН подчеркивается неделимый характер основных прав и свобод человека, нх взаимосвязь и взаимозави-симость. Суть этих положений ясна: ни одно право и ни одна свобода не должны противопоставляться другим правам и свободам или трактоваться в ущерб им. Однако взаимосвязь, взаи-мозависимость и неделимость основных прав п свобод человека не означает, что отсутствует система их постоянных пли временных приоритетов. Вряд ли можно спорить по поводу того, что в современных условиях развития человеческого общества в перечне прав индивида па первый план выдвигается право каждого человека и всех народов нашей планеты на жизнь в условиях мира и международной безопасности, здоровой среды обитания. Каково бы ни было значение для человека социально-экономических, а также гражданских п политических прав, в случае ядерной войны пли гибели цивилизации от экологической катастрофы они утратили бы всякий смысл. Выживание человечества и обеспечение всем пародам права на жизнь — постоянная приоритетная задача всего международного сообщества.
ООН и другие международные организации справедливо уделяют особое внимание нарушениям основных прав и свобод человека, происходящим в результате международных преступлений государств.
Приоритет, который отдается определенным правам и сво-бодам, необходимость ликвидации их массовых и грубых нару-шений диктуются характером современной обстановки в мире, условием выживания человечества п созданием системы меж-дународной безопасности. В настоящее время все большее зна-чение во многих странах приобретают права, связанные с де-мократическим развитием и господством права во внутригосу-дарственной жизни. Это, однако, не должно истолковываться как умаление других прав и свобод человека.
В литературе по международному праву права человека подразделяются на обычные, основные (фундаментальные) и имеющие характер )из со^епз. При этом многие ученые призы-вают к осторожности в проведении такой градации. "Слишком либеральное причисление ряда прав к фундаментальным, пли основным, как и к (из со^епз, — пишет, например, американс-кий ученый Т. Мерой, — может подорвать веру в права чело-века... Когда-нибудь международное сообщество сможет дос-тичь согласия относительно подразделения прав на основные и )И5 со^спз. По этот день еще далеко"1.
 

 

Устав ООН и Международный Билль о правах человека -1

Просмотров: 7 829
В ходе второй мировой войны со всей очевидностью обна-ружились недостатки в международном регулировании нрав и свобод человека. Ее опыт и итоги особенно ярко показали не-разрывную связь между поддержанием международного мира и безопасности, с одной стороны, и соблюдением основных прав и свобод человека — с другой.
Создание ООН и принятие Устава положили начало каче-ственно новому этапу межгосударственных отношений в этой области. Устав ООН явился первым в истории международных отношений многосторонним договором, который заложил основы широкого развития сотрудничества государств по пра-вам человека.
Как известно, ООН возникла в ответ на агрессию и пре-ступления против человечности, совершенные фашизмом в годы второй мировой войны. "Специальное включение положения о развитии и поощрении уважения к правам человека и основным свободам для всех в число целей Организации Объединенных Наций объясняется прежде всего событиями, которые произошли непосредственно перед второй мировой войной и в
ходе ее", — подчеркивается в Исследовании ООН по правам человека1.
Уже в Декларации Объединенных Наций, подписанной 1 января 1942 г. от имени 26 стран (позднее к Декларации присоединилось еще 21 государство), было заявлено о том, что "полная победа над врагами необходима для защиты жизни, свободы, независимости и... для сохранения человеческих прав и справедливости"2.
На Крымской конференции в 1945 г., принявшей решение создать всеобщую международную организацию для поддер-жания мира и безопасности, руководители Советского Союза, Соединенных Штатов Америки и Великобритании заявили о« своей решимости "обеспечить такое положение, при котором все люди во всех странах могли бы жить всю свою жизнь, не зная ни страха, ни нужды"-*.
Однако уже в процессе разработки и принятия Устава ООН выявился различный подход государств к проблеме прав и сво-бод человека. Первоначально в предложениях по созданию этой международной организации, принятых па конференции в Дум-бартон-.Оксе в сентябре 1944 г., не указывалось на нрава п сво-боды человека как на одну из главных ее целей. В п. 3 гл. 1 предварительных соглашений, явившихся основой для принятия Конференцией в Сан-Франциско в 1945 г. Устава ООН, целью Организации ставилось "осуществление международного сотрудничества в разрешении международных экономических, социальных и других гуманитарных проблем""1.
Окончательная формулировка этой статьи, принятая на Конференции в Сан-Франциско, явилась результатом компромисса между делегациями США, СССР, Великобритании и Китая. Советский Союз, исходя из идеологических соображений и норм Конституции СССР 1936 г., настаивал на включении в Устав ООН перечня основных прав и свобод, в том числе права на груд и образование. Делегации ряда западных стран считали, что перечень основных прав и свобод человека, обязательных для всех государств — членов ООН, должен быть разработан позднее как специальный документ — Билль о правах челове-ка. В то же время многие не могли согласиться на включение в Устав ООН ссылок на социально-экономические права, поскольку такие права не были закреплены в их законодательстве.
В результате достигнутого компромисса советская делегация на Конференции в Сан-Франциско от имени четырех великих держав (СССР, США, Великобритании, Китая) предложила поправку к п. 3 ст. 1 Устава, согласно которой перед Организацией ставилась цель "осуществлять международное сотрудничество в разрешении международных проблем экономического, социального, культурного и гуманитарного характера и в поощрении и развитии уважения к правам человека и основным свободам для всех, без различия расы, пола, языка и религии" (выделена поправка. — В.К.У.
В такой формулировке этот пункт был принят и стал неотъемлемой частью Устава ООН.
Устав ООН не ограничивается лишь ссылкой на поощре-ние и развитие уважения к правам человека и основным свободам. Он обязывает государства развивать международное сотрудничество в целях содействия "всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод для всех, без раз-линия расы, пола, языка и религии" (п. "с" ст. 55). Таким образом, этот основополагающий международный договор закре-< пил принцип уважения и соблюдения прав человека в совре-, меином международном праве.
В рамках ООН были приняты документы и решения, в которых подчеркивается юридический характер обязательств государств соблюдать основные права и свободы человека в соот-ветствии с Уставом Организации. Так, в толкующей и развивающей Устав ООН Декларации Генеральной Ассамблеи о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами 1970 г., подчеркивается, что "каждое государство обязано содействовать путем совместных и самостоятельных действий всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод".
Основные права и свободы должны соблюдаться повсю-ду — как па территориях независимых суверенных государств, так и на колониальных территориях. Устав в этом отношении не делает каких-либо различий.
Итак, анализируя положения Устава ООН, относящиеся к правам человека, подавляющее большинство юристов-мсжду-иародпиков в настоящее время справедливо приходят к заклю-чению, что этот фундаментальный договор возлагает на госу-I дарство юридические обязательства. Однако после принятия Устава ООН и во времена холодной войны эта позиция была I далеко не единодушной. Многие западные юристы придержи-вались мнения, что в отношении прав и свобод человека п их (соблюдения Устав ООН только формулирует цели, которые [должны быть достигнуты'. Такой же позиции придерживался в (послевоенное время и Государственный департамент США, ко-|торый заявлял, что Устав ООН не налагает "юридических обя-зательств гарантировать соблюдение определенных прав чело-|вска или основных свобод без различия расы, пола, языка и [религии"2.
Противоречивую позицию занимал Советский Союз. При-|знавая юридическую обязательность положений Устава ООН, 1СССР абсолютизировал понятие государственного суверени-•тета и считал, что регулирование прав человека полностью [относится к внутренней компетенции государств. Сейчас по-добные точки зрения более не высказываются. Единодушное тризнание получил тот факт, что Устав ООН впервые в меж-дународных отношениях закрепил принцип уважения прав че-ювека и обязал государства соблюдать основные права и сво-5оды.
При разработке Устава ООН вносились, как было сказано выше, предложения дать в нем перечень основных прав и сво-бод, которые должны подлежать всеобщему уважению и соблю-дению. Однако Конференция в Сан-Франциско передала этот вопрос на обсуждение компетентных органов Организации Объединенных Наций в целях разработки Международного Билля о правах человека1.
В 1946 г. Экономический и Социальный Совет ООН учре-дил в качестве своего вспомогательного органа Комиссию по правам человека и поручил ей представить свои соображения относительно Международного Билля по правам человека (ре-золюция 5(1) от 16 февраля 1946 г.).
В настоящее время Билль о правах человека включает следующие международные соглашения:
Всеобщую декларацию прав человека;
Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах;
Международный пакт о гражданских и политических пра-вах;
Факультативный протокол к Международному пакту о гражданских и политических правах;
второй Факультативный протокол к Международному пакту о гражданских и политических правах, направленный на отмену смертной казни.
/) Всеобщая декларация прав человека.
Разработка Всеобщей декларации прав человека проходила в сложной дипломатической борьбе, а ее принятие было итогом рассмотрения и согласования различных мнений и точек зрения1.
Позиция западных держав опиралась на Французскую декларацию прав человека и гражданина 1789 г., Конституцию США 1787 г. и другие законодательные акты, провозгласившие естественный характер основных прав и свобод человека, которые принадлежат каждому с момента рождения. Эти до-кументы содержали в основном перечень гражданских и поли-тических прав. Поэтому западные страны первоначально воз-ражали против включения в разрабатываемый проект социаль-но-экономических прав.
Советская делегация, ссылаясь на Конституцию СССР 1936 г., настаивала на включении в проект широкого перечня социальных и экономических прав, а также статей, посвященных вопросу о праве каждого народа и каждой нации на самоопределение, о равенстве прав каждого народа и каждой национальности в пределах государств. В то же время Советский Союз абсолютизировал принцип суверенитета государств и возражал против включения во Всеобщую декларацию таких граж-данских прав, как право каждого свободно покидать свою страну и возвращаться в нес.
При обсуждении вопроса о праве каждого человека на соб-ственность также проявились резкие различия в подходах го-сударств, принадлежащих к различным общественным систе-мам. Позиция Советского Союза определялась не только Кон-ституцией СССР 1936 г. и основными законодательными актами страны, но и идеологическими соображениями, а также так называемым классовым подходом к решению обсуждаемых проблем. Советский Союз стремился предостеречь развивающиеся страны от капиталистического пути развития, убедить все народы мира, что только социализм в состоянии обеспечить основные права и свободы человека, привести международное сообщество к миру и прогрессу.
Позиция западных стран также во многом определялась идеологическими соображениями, хотя они и не играли доминирующей роли.
Советский Союз выступал против признания естественного, прирожденного характера прав человека, отрицал обязанность государства защищать эти естественные права. Подход СССР носил позитивистский характер, основанный на том, что свои нрава каждый человек получает исключительно от государства, которое по своему усмотрению закрепляет их в законодательстве.
Во Всеобщей декларации говорится о таких категориях, как "свобода", "справедливость", "принципы справедливости", "политический, экономический и социальный прогресс", "равноправие и равенство" и т. д.
Советский Союз считал, что нет свободы вообще, так же, как и равенства и демократии, а признание частной собственности означает эксплуатацию и отрицание свободы и равенства.
Несмотря на принципиально различную оценку и трактовку важнейших социально-политических категорий, государства — члены ООП разработали Всеобщую декларацию нрав человека, а затем приняли ее. Каким же образом им удалось достигнуть согласия по этим вопросам? При разработке и при-нятии Всеобщей декларации, как и многих других документов в области прав человека, государства с различными обществен-ными системами сознательно не уточняли содержания многих обсуждаемых понятий и не давали им классовых определений. Эти понятия трактовались с различных позиций, однако в их определение вкладывался и общедемократический и общечело-веческий смысл, приемлемый для всех. С одной стороны, Запад считал, что социальный прогресс, права и свободы человека можно обеспечить лишь на путях рыночной экономики, ее развития и укрепления, а Советский Союз исходил из необходимости ликвидации для этого капиталистического общества и построения социализма и коммунизма. С другой стороны, страны с различными общественными системами признавали, что основные права и свободы могут быть обеспечены путем развития социального прогресса в рамках существующего строя. Во многих случаях договаривающиеся стороны исходили из возможности различного толкования конкретного содержания и способов осуществления ряда прав и свобод человека.
Различные, а зачастую и прямо противоположные позиции Запада и социалистических стран при обсуждении Всеобщей декларации прав человека привели к тому, что многие статьи этого документа носят общий характер и не имеют точных границ.
 

 

Устав ООН и Международный Билль о правах человека -2

Просмотров: 2 617
Некоторые ученые, анализируя эту статью Пакта, пытались доказать, что данный документ не устанавливает юридических обязательств для государств-участников, а только формулирует стандарты, к достижению которых они должны стремиться1. Они утверждали, что социально-экономические права могут быть осуществлены только в течение длительного времени путем принятия программы действий2.
Совершенно очевидно, что только менее развитые страны в силу низкого уровня экономического развития и недостатка средств могут ссылаться на эту статью для установления при-оритетов в постепенном предоставлении и обеспечении тех или иных прав, закрепленных в Пакте. Развитые же страны с ры-ночной экономикой не могут говорить о недостатке ресурсов для обеспечения всех лиц, находящихся под их юрисдикцией, экономическими, социальными и культурными правами.
Не случайно при разработке Пакта не получило поддержки предложение США заменить формулировку "в пределах имеющихся ресурсов" словами "в пределах ресурсов, которые могут быть использованы в этих целях". Оно было отвергнуто на том основании, что государства-участники должны предпри-нимать все возможные меры для осуществления социально-эко-номических и культурных прав.
Тем не менее долгие годы некоторые западные страны отрицали юридическую обязательность положении Пакта об экономических, социальных и культурных правах. В 1986 г. государственный департамент США направил ноту своим дипломатическим и консульским представителям за рубежом, в кото-рой предложил им исключить из представляемых ежегодно докладов о правах человека в странах пребывания раздел, озаглав-ленный "Экономическая, социальная и культурная ситуация". В этой ноте, в частности, отмечалось, что США "придерживаются взгляда", согласно которому экономические и социальные права являются пожеланиями, а не юридическими обязатель-ствами. Поэтому они не включаются в понятие "международно признаваемые права человека"'.
В последние годы изменилась позиция как США, так и многих других стран. Они стали признавать юридическую обязательность положений Пакта об экономических, социальных и культурных правах.
В 1986 г. в Лимбургском университете (Голландия) со-брались ведущие эксперты из различных стран мира для рас-смотрения вопроса о природе и степени юридических обяза-тельств, взятых государствами — участниками Пакта об эко-номических, социальных и культурных правах. Они пришли к следующим основным выводам:
1. Все права и свободы человека, включая социально-экономические права, неразделимы и взаимосвязаны и образуют неотъемлемую часть международного права.
2. Пакт налагает юридические обязательства на участников. Государства-участники должны незамедлительно предпринять все необходимые меры, включая законодательные и административные, для осуществления прав, закрепленных в этом международном договоре. Более того, должно быть предусмотрено право каждого на судебную защиту социально-экономических прав.
3. Государства — участники Пакта, независимо от уровня экономического развития, обязаны обеспечить социально-экономические и культурные права для всех, хотя бы в минимальной степени.
Новым подход нашел отражение в Итоговом документе Всемирной конференции по правам человека, состоявшейся в Вене в 1993 г.
Обязательным характер социально-экономических прав отмечается во многих документах ООН. Как справедливо под-черкивается, например, в исследовании ООН об осуществлении экономических, социальных и культурных прав, "Пакт пред-ставляет собой непосредственную основу для действий на меж-дународном и региональном уровнях, а также для проведения странами его норм в жизнь. Его единственным недостатком является то, что в большинстве менее развитых стран его поло-жения могут претворяться и жизнь лишь постепенно, в зависи-мости от их уровня развития, наличия ресурсов и размеров на-селения"1. Только отдельные права, перечисленные в Пакте, например право каждого создавать профессиональные союзы и вступать в них, не зависят от уровня экономического развития страны и должны быть предоставлены немедленно. Пакт не просто содержит пожелания или рекомендации декларативного характера, но предусматривает конкретные обязательства государств-участников.
Сейчас практически всеобщее признание со стороны госу-дарств — членов ООН получило положение Пакта о том, что "идеал свободной человеческой личности, свободной от страха и нужды, может быть осуществлен, только если будут созданы такие условия, при которых каждый может пользоваться свои-ми экономическими, социальными и культурными правами, так же как и своими гражданскими и политическими правами" (преамбула).
Некоторые ученые, признавая обязательный характер Пакта, утверждают, что эти права неосуществимы, а сам Пакт за годы, прошедшие после его принятия, устарел2.
Нельзя не согласиться с тем, что результаты, достигнутые международным сообществом на пути осуществления социально-экономических прав, менее впечатляющи, чем в области реализации гражданских и политических прав. Кроме США и Западной Европы экономический прогресс в мире в последние
годы был незначительным. Четыре азиатских "дракона" (Южная Корея, Гонконг, Тайвань п Сингапур) — скорее исключение, чем правило, хотя нельзя отрицать динамизм развития таких стран, как Бразилия и Мексика в Латинской Америке, Нигерия в Африке, Индия и Индонезия в Азии. По и там экономический прогресс не является постоянным. Такие факторы, как хозяйственная нестабильность, рост численности населения, бремя задолженности и другие, препятствуют повсеместному обеспечению социально-экономических прав. Тем не менее в многочисленных исследованиях, проведенных ООН, делается вывод, что эти права юридически обязательны и экономически осуществимы, п для их реализации государства должны разра-ботать соответствующие планы и предпринять конкретные меры'.
Отрицательное отношение многих стран к социально-эко-номическим правам в процессе разработки Пактов привело к тому, что создание разветвленной системы международного контрольного механизма было предусмотрено только применительно к Пакту о гражданских и политических правах.
Согласно Пакту об экономических, социальных и культур-ных правах, государства-участники должны представлять толь-ко доклады "о принимаемых ими мерах и о прогрессе па пути к достижению нрав, признаваемых в этом Пакте, на рассмотрение Экономического и Социального Совета ООН" (ст. 16). Однако в этом международном договоре не было предусмотрено создание какого-либо специального органа для обсуждения докладов государств.
ЭКОСОС в 1976 г. учредил специальную Рабочую группу для рассмотрения таких докладов. В 1985 г. без внесения каких-либо поправок в Пакт было принято решение учредить вместо Рабочей группы Комитет по экономическим, социальным и культурным правам, который и рассматривает теперь доклады государств-у части] 1ков.
Сейчас предлагается, чтобы Комитет обсуждал н жалобы государств друг на друга о невыполнении ими обязательств, взятых по Пакту, а также петиции отдельных лиц о нарушении
их прав. Этот вопрос в течение ряда лет рассматривался в Подкомиссии ООН по предупреждению дискриминации и за-щите меньшинств при обсуждении вопроса о реализации эко-номических, социальных и культурных прав. Специальный док-ладчик Подкомиссии по этому вопросу Д. Турк в своем окон-чательном, четвертом, докладе, представленном в 1992 г., предложил разработать и принять Дополнительный протокол к Пакту для решения этого вопроса1.
В настоящее время такой Протокол разработан, и обсуждается вопрос о его принятии Организацией Объединенных Наций.
3) Международный пакт о гражданских и политических правах.
Международный пакт о гражданских и политических пра-вах, одобренный Генеральной Ассамблеей ООН 16 декабря 1966 г., содержит широкий перечень основных прав и свобод, которые должны быть предоставлены каждым государством-участником всем лицам, "находившимся в пределах его терри-тории и под его юрисдикцией", без каких-либо различий (п. 1 ст. 2). В этих целях участники Пакта взяли па себя обязатель-ство принять законодательные и другие меры в соответствии со своими конституционными процедурами, "которые могут ока-заться необходимыми для осуществления прав, признаваемых в Пакте" (п. 2 ст. 2). "Все люди, — подчеркивается в Пакте, — равны перед законом и имеют право без всякой дискриминации на равную защиту закона" (ст. 26). В Пакте специально признается право лиц, принадлежащих к этническим, ре-лигиозным и языковым меньшинствам, пользоваться "своей культурой, исповедовать свою религию и исполнять ее обряды, а также пользоваться родным языком" (ст. 27).
Ряд положений Пакта касается вопросов, которые регули-руются также в Пакте об экономических, социальных н куль-турных правах. Это право каждого человека па свободу ассо-циации с другими, включая право создавать профсоюзы н всту-пать в них (ст. 22), а также ст. 23 и 24 о семье, браке и детях, провозгласившие равенство прав н обязанностей супругов и право каждого ребенка "на такие меры защиты, которые требу-ются в его положении как малолетнего со стороны его семьи, общества н государства".
Третья часть Пакта (ст. 6 — 27) содержит конкретный пе-речень гражданских и политических прав, которые должны быть обеспечены в каждом государстве: право па жизнь (ст. 6), запрещение пыток (ст. 7), рабства, работорговли и прппудителы 10-го труда (ст. 8), право каждого на свободу и личную неприкосновенность (ст. 9), право каждого покидать свою страну и возвращаться обратно (ст. 12), равенство всех лиц перед судами и трибуналами (ст. 14), право на свободу мысли, совести и религии (ст. 18) и другие. Среди политических прав Пакт провозглашает право каждого гражданина принимать участие в ведении государственных дел как непосредственно, так и через свободно выбранных представителей, голосовать и быть избранным на подлинных периодических выборах, производимых па основе всеобщего равного избирательного права при тайном голосовании н обеспечивающих свободное волеизъявление избирателен; допускаться в своей стране на общих условиях равенства к государственной службе (сг. 25).
Пакт о гражданских и политических правах закрепил прин-цип современного международного права, согласно которому определенные фундаментальные права и свободы должны со-блюдаться в любой ситуации, включая периоды вооруженных конфликтов.
В соответствии с п. 1 ст. 4 этого Пакта "во время чрезвы-чайного положения в государстве, при котором жизнь нации находится под угрозой и о наличии которого официально объявляется", государства "могут принимать меры в отступление от своих обязательств... только в такой степени, в какой это требуется остротой положения, при условии, что такие меры не являются несовместимыми с их другими обязательствами но международному праву н не влекут за собой дискриминации исключительно па основе расы, цвета кожи, пола, языка, религии или социального происхождения...". "Право отступления" не применяется, согласно п. 2 ст. 4 Пакта, к следующим фундаментальным правам и свободам: к праву на жизнь (ст. 6); к запрещению подвергать кого-либо пыткам или жестокому, бесчеловечному, унижающему достоинство обращению или наказанию (ст. 7); к запрещению рабства, работорговли и подневольного состояния (п. 1 и 2 ст. 8); к запрещению лишать свободы за невыполнение какого-либо договорного обязательства (ст. 11); к запрещению отмены принципа, согласно которому уголовный
закон не имеет обратной силы (ст. 15); к праву каждого на признание его иравосубъектпости (ст. 16); к праву каждого на свободу мысли, совести и религии (ст. 18).
Вес эти права, как и многие другие, закрепленные в Пакте, в настоящее время приобрели характер " )И5 со^епз" и должны соблюдаться всеми государствами мира, независимо от того, являются ли они участниками Пакта.
В соответствии со ст. 28 Пакта в 1976 г. был создан Коми-тет по правам человека, состоящий из 18 экспертов, которые избираются государствами-участниками из числа своих граж-дан и обладают "высокими нравственными качествами и при-знанной компетентностью в области нрав человека". Одна из основных функций Комитета состоит в рассмотрении докладов государств-участников "о принятых ими мерах по претворению в жизнь прав, признаваемых в Пакте, н о прогрессе, достиг-нутом в использовании этих прав (п. 1 ст. 40). Эти доклады представляются в годичный срок после вступления в силу Пакта в отношении соответствующего государства и затем — каждый раз, когда потребует Комитет по правам человека. Доклады государств должны состоять из двух частей: в первой — общие положения, а во второй — информация по каждому из прав, закрепленных в Пакте.
Комитет изучает полученные доклады и делает замечания "общего порядка", которые он считает целесообразными (и. 4 ст. 4).
В своих общих замечаниях Комитет но нравам человека даст толкование отдельных статей Пакта, предлагает меры, ко-торые должны предприниматься государствами для их выпол-нения, выносит рекомендации относительно того, какие вопро-сы должны быть отражены в представляемых ими докладах. Практика вынесения лишь общих рекомендаций, направляемых всем государствам, значительно снижала эффективность рабо-ты Комитета. Поэтому за последние годы этот орган, не изменяя ранее принятых решении, стал включать в свой доклад Генеральной Ассамблее конкретные замечания, высказываемые его членами в адрес отдельных государств в результате обсуждения их докладов. Такие заключительные замечания сейчас даются Комитетом по правам человека практически по каждому рассматриваемому докладу.
 

 

Права человека в истории международных отношений

Просмотров: 3 594
В различные исторические эпохи понятие, содержание и объем прав и свобод человека не были одинаковыми. Еще сравнителыю недавно, вплоть до начала нынешнего века, права че-ловека регулировались исключительно внутригосударственным правом. Государства — участники международных отношений исходили из того, что эти вопросы относятся к их внутренней юрисдикции.
Границы внутренней юрисдикции государств исторически подвижны. Государства сами устанавливают пределы таких ограничений, подвергая международно-правовому регулирова-нию тс или иные вопросы внутренних отношений. Старое, тра-диционное международное право, рассматривая взаимоотно-"шения между государством и его собственными гражданами рсак входящие в его внутреннюю юрисдикцию, делало лишь >одно исключение. Считалось правомерным применение силы гуманных целях вплоть до развязывания войны в одностороннем порядке для защиты жизни и имущества своих граж-, находившихся на территории другого государства, а таксе национальных и иных меньшинств. Право па "гуманитарную" интервенцию основывалось па предпосылке, что каж-|дое государство якобы имеет международные обязательства гарантировать основные права и свободы, где бы они ни па-эушались.
Теоретическое обоснование политика вмешательства во знутренние дела других государств в целях защиты и обеспече-шя таких прав, как право на жизнь, на свободу совести и вероисповидания, получила в трудах юристов — представителей Шуки международного права.
Ученые-международники того времени широко восприняли естественноправовую теорию прав человека. Известный профессор Петербургского университета Ф. Мартене писал, что "все образованные государства признают за человеком как таковым, безотносительно к его подданству или национальности, известные основные права, которые неразрывно связаны с человеческой личностью"1. Под этими правами обычно подразумевалось право па жизнь, свободу совести и вероисповедания. По утверждению швейцарского ученого И. Блюичли, естественные права человека "должны быть уважаемы как в мирное, так и в военное время"2.
Точка зрения о законности вмешательства в дела других государств и правомерности интервенции "по мотивам гуманности", для защиты основных прав и свобод человека разделялась большинством юристов-международников как в XVIII, так и в XIX в. Лишь отдельные ученые, например профессор А. Гефтср, утверждали, что если государство попирает права и свободы своих граждан, "то надо прекратить с ним всякие отношения", по не вмешиваться силой оружия в его внутренние дела*.
Некоторые ученые — сторонники "теории гуманитарной интервенции" — считали, что ее применение является правомерным только против "нецивилизованных" государств. "Вмешательство образованных держав, — писал Ф. Мартене, — по принципу законно в том случае, когда христианское население тех земель (нецивилизованных государств. — В.К.) подвергается варварскому гонению и избиению. В данном случае вмешательство оправдывают общность религиозных интересов н соображения человечности, т. е. начала естественного права, которые вообще определяют сношения образованных народов с необразованными"". Точку зрения о правомерности интервенции по мотивам гуманности лишь против нецивилизованных народов высказывал и русский ученый Н.А. Захаров1.
Разделяя точку зрения о законности интервенции во имя гуманных целей, ряд ученых считали, что право на подобную интервенцию возникает не в одностороннем порядке, а в ре-зультате решения группы государств. "Нельзя согласиться с тем, — писал Ф. Лист, — что право вмешательства существу-ет также и в том случае, когда, по мнению отдельного государства, даже вполне основательному, вторжение представляется для охраны общих интересов человечества... Право вмешательства может быть предоставлено совместно нескольким государствам (так называемое коллективное вмешательство)"1.
Доктрина гуманитарной интервенции широко использовалась в то время и в практике международных отношении. Она служила одним из многочисленных "обоснований" для порабощения "нецивилизованных" народов. Кроме того, во имя гуманных целей и под предлогом защиты национальных и религиозных меньшинств проходила борьба европейских держав за раздел и передел уже поделенного мира. Право на вмешательство официально закреплялось во многих международных договорах и соглашениях этого периода.
Исследуя внешнеполитическую практику государств XIX в., известный английский юрист-международник Я. Браунли пришел к выводу, что "в действительности ни одна интервенция не происходила в гуманных целях, за исключением, пожалуй, оккупации Сирии в 1860—1861 гг."2.
После первой мировой войны и образования Лиги Наций право государства на интервенцию подвергается определенным ограничениям. Если в период, предшествующий учреждению Лиги Наций, международное право практически признавало право государства на войну, которое обосновывалось, правда, различными предлогами, то Статут Лиги Наций серьезно ограничивал право государств — се членов прибегать к войне и предусматривал санкции для нарушителей.
В рамках Лиги Наций происходило заключение целого ряда соглашений, направленных на борьбу с рабством и работорговлей, а также на пресечение торговли женщинами и детьми.
В этот период разрабатываются и специальные междуна-родно-правовые меры для защиты религиозных, этнических и языковых меньшинств.
 

 

Административная юстиция -1

Просмотров: 1 389
Административная юстиция — самостоятельная систе-ма специальных органов судебной власти, осуществляющих контроль в сфере государственного управления, а также за-щиту субъективных прав граждан в случае их нарушения не-законными действиями (бездействием) или решениями администрации. Следовательно, основной целью административной юс-тиции является урегулирование конфликтов между гражданами и органами государственного управления.
В числе факторов, которые непосредственно усиливают влияние административной юстиции, следует указать интенсивное воздействие государства на все основные сферы общественной жизни, а также тенденцию к непрерывному росту в госу-дарственном механизме значения и потенциала исполнитель-ной власти. Иными словами, большая угроза правам отдельного гражданина исходит от органов государственного управления, возможные злоупотребления которых подлежат контролю со стороны административного судьи.
Кроме того, нельзя не видеть связи между усилением роли административной юстиции и той эволюцией, которую претерпел в последние десятилетия институт прав и свобод. Эта эволюция отмечена не только расширением каталога прав и свобод и появлением их новых "поколений", но и ростом требований, предъявляемых к государственным должностным лицам, в том числе к судьям административной юстиции, призванным проявлять взвешенный и объективный подход к жалобам граждан1.
Рост коллизий между должностными лицами и гражданами предполагает необходимость создания целостной автономной системы административных судов, которые призваны аннулировать неправомерный административно-юридический акт и тем самым восстановить нарушенное субъективное право индивида. Административная юстиция может быть представлена и квазисудебными органами2 при некоторых ведомствах для решения конкретных дел, например, по вопросам налогообложения, социальной защиты и т. д.
Поскольку односторонние властные полномочия нередко являются источником различных злоупотреблений, судьи административной юстиции призваны их пресекать, наказывая при этом неправомерно действующих чиновников. Как правило, эти судьи имеют право не только проверять законность управлен-ческих мер, но и оценивать их целесообразность. Следователь-но, роль административной юстиции по отношению к управлен-ческой деятельности подобна той, которую играет по отноше-нию к законодательной власти конституционная юстиция.
Исходя из общих задач административной юстиции (раз-решение споров, возникающих между гражданином и исполни-тельной властью), некоторые ученые считают важнейшей пред-посылкой эффективного государственного управления справед-ливый баланс интересов между государством, с одной стороны, и гражданами — с другой. "Идея такого справедливого баланса интересов является обоснованием существования админист-ративного права в Великобритании или его эквивалента во французском административном праве как части публичного пра-
ва'".
Еще русский юрист Н.М. Коркунов отмечал, что "по свой-ству нарушаемых прав нельзя разграничить административную юстицию от уголовной и гражданской..."2. При выявлении природы административной юстиции следует прежде всего под-черкнуть то обстоятельство, что здесь в спорном правоотноше-нии присутствует субъект, благодаря которому спор является административным. Наделенные властными полномочиями органы государственного управления или должностные лица (лица, которые выполняют публичную функцию любого харак-тера) — обязательные участники административного спора. Следовательно, юрисдикция судьи по административным делам основывается на том факте, что подлежащие применению нормы права и порождаемые спорным делом правоотношения носят публично-правовой характер.
Исторически в западных странах сложились две основные системы (или модели) административной юстиции: континен-тальная (немецко-французская) и англо-американская (англо-саксонская). Системы эти в разных странах имеют и общие черты, и различия. Так называемая немецко-французская док-трина особого, судебного контроля за осуществлением административной власти сложилась в странах континентальной Ев ропы гораздо раньше, чем в странах англосаксонской системы где реальное функционирование административной юстици начинается лишь со второй половины XX в. Имеются и сме шанные формы.
Особенностью первой модели является наличие специалн зированных судов, которые отделены от общей судебной систе мы. Для второй характерно отсутствие специальных органов административной юстиции, а также наделение судов общей юрисдикции широкой компетенцией по разрешению административно-правовых споров, что по сути дела есть правосудие по административным делам.
Основное различие между двумя исторически сложившимися моделями административной юстиции заключено в регламентации подведомственности. Это значит, что в странах рома-но-германской семьи существует правило об универсальной подведомственности: в орган административной юстиции подается любая жалоба, связанная с незаконной деятельностью органов управления, независимо от сферы общественных отношений, к которой она относится.
В противоположность этой модели административные три
буналы, создаваемые в США и Великобритании в конкретных
сферах, имеют достаточно узкую специализацию (например,
разрешение конфликтов, связанных с проблемами здравоохра
нения, занятости, деятельности полицейских органов и др.).
Члены этих специализированных квазисудебных органов на
значаются (в зависимости от значения самого трибунала) акта
ми правительства либо отдельных министерств и ведомств. Чаще
всего они действуют на основе собственных правил процедуры!
утверждаемых соответствующим министром. В квазисудебной|
деятельности наиболее ярко проявляется характерное для ад|
министративных учреждений совмещение функций следовате!
ля и судьи. !
Рассмотрим деятельность административной юстиции в» странах континентальной системы права на примере таких стран! как Франция, ФРГ и Италия, а англо-американской — на при-н мере США и Великобритании.
Институт административной юстиции зародился во Фран ции еще в средние века и в эпоху абсолютизма, а администра-1 тивпое право как таковое имеет более чем двухвековую исто
ршо. Из Франции этот специальный контрольный механизм постепенно распространяется на другие страны континентальной Европы: со второй половины XIX в. административные суды были учреждены в Германии, Бельгии, Италии и Испании.
Французская доктрина административной юстиции, при-знанная классической, основана на разделении властей. Из теории разделения властей делался вывод о том, что общегражданские суды, будучи органами, не связанными с административными структурами, не должны вмешиваться в деятельность последних. Следовательно, оценку действий административных органов следует изъять из сферы общей судебной юрисдикции и образовать в рамках самой государственной администрации особые учреждения.
Принципы теории ответственности государственной власти во Франции были заложены еще в конце прошлого века знаменитым постановлением Трибунала по конфликтам1 по делу Бланке (1873). Это постановление гласит: "Ответственность, которую Может принять на себя государство за убытки, причиненные отдельным лицам неправомерными действиями госу-дарственных служб, не подпадает под принципы Гражданского кодекса в части регламентации взаимоотношений граждан друг с другом".
Таким образом, приведенное положение разграничивает гражданско-правовую ответственность, вытекающую из споров между частными лицами, и административно-правовую, характеризующую взаимоотношения между государственными службами и отдельными гражданами. Пределы гражданско-правовой и административно-правовой ответственности были уста-новлены судебной практикой: если в действиях должностного лица усматривается "служебная" вина, то такие дела относятся к компетенции административной юстиции, которая может ставить вопрос об ответственности за противоправное деяние.
Видный французский административист Ж. Ведель различает две категории вины должностного лица: 1) личная вина, характеризующаяся отсутствием связи со службой (она может зависеть, в частности, от злого умысла и тяжести), за которую чиновник должен отвечать перед общим судом; 2) вина, связан-ная с несением службы, ответственность за которую инкрими-нируется только администрации перед административным су-дом1.
Из вышесказанного следует, что потерпевшее лицо может по своему усмотрению предъявить административную жалобу на орган государственного управления за вину должностного лица, связанную с исполнением служебных обязанностей, либо гражданский иск на конкретного служащего, совершившего противоправные деяния личного свойства. Если администра-тивный трибунал считает, что рассмотрение конкретной жалобы не входит в его компетенцию, он обязан назвать компетентный орган и передать дело на его рассмотрение. Во Франции со времен революции 1789—1794 гг. судебная система разделена на две самостоятельные ветви: общую судебную во главе с Кассационным судом и административную, возглавляемую Государственным советом.
Административная юстиция рассматривает жалобы на дей-ствия н акты органов государственного управления и должнос-тных лиц, затрагивающие права и интересы частных лиц. Ос-новную массу жалоб по первой инстанции рассматривают ад-министративные трибуналы (их насчитывается 30). Они состо-ят из председателя и трех-четырех членов. В 1987 г. было со-здано 5 административных апелляционных судов в качестве промежуточной инстанции, куда поступают апелляционные жалобы на решения административных трибуналов, за исклю-чением некоторых категорий дел, обжалуемых непосредствен-но в Государственный совет.
 

 

Административная юстиция -2

Просмотров: 1 418
В Италии административная юстиция также образует са-мостоятельную систему во главе с Государственным советом, который является одновременно и консультативным, и судеб-ным органом2. Совет контролирует законность актов прави-тельства и министерств и рассматривает апелляционные жалобы на решения нижестоящих областных административных три-буналов.
Административные трибуналы имеются в каждой из 20 областей и выступают как органы первой инстанции, рассматривающие жалобы на постановления и действия исполнительной власти. Областной административный трибунал состоит из председателя, назначаемого из числа членов Государственного совета, и не менее чем пяти членов. Административные трибуналы осуществляют юрисдикцию: 1) по вопросам законности управленческих актов и действий администрации; 2) так называемую юрисдикцию по существу, т. с. обязывающую администрацию совершить положительные действия; 3) исключительную юрисдикцию но охране субъективных прав в соответствии с исчерпывающим перечнем закона.
Процесс формирования административной юстиции в Италии был достаточно длительным и многоэтапным. Еще в про-шлом веке доктриной была выработана концепция "субъективных прав и законных интересов", принимаемая и ныне современной административно-правовой доктриной. Субъективное право согласно этой концепции принадлежит индивиду как таковому и не затрагивает публичного интереса. Следовательно, носитель субъективных прав является субъектом частноправового отношения в отличие от субъекта публично-правового отношения, выступающего в качестве носителя законных интересов. В соответствии с этим делением и должна устанав-ливаться гражданская и административная юрисдикция, ибо спор частного лица с публичной администрацией может воз-никнуть лишь по поводу нарушения последней его законных интересов.
Для обеспечения надлежащей судебной защиты законных интересов еще в конце прошлого века была учреждена специ-альная секция Государственного совета. За ней признаны пол-номочия рассматривать жалобы о некомпетентности, превыше-нии власти и нарушении законов действиями (решениями) ор-ганов управления, наносящими ущерб законным интересам граждан. Государственный совет был управомочен аннулировать незаконные административные акты. Подтверждая это правомочие, ныне действующая Ко не гиту цпя Италии 1947 г. (ст. 103) предусматривает, что Государственный совет и другие органы административной юстиции осуществляют юрисдикцию по охране законных интересов граждан в их отношениях с администрацией, а в особых случаях, оговоренных в законе, также и субъективных прав.
Особенность итальянской системы административной юс-тиции состоит в более широких юрисдикционных полномочи-1 ях административного судьи. В отличие от Франции, где такой судья не вправе предписывать администрации конкретные дей-ствия, в Италии он обладает способностью не только аннулиро-вать любой акт административного органа, но п потребовать от | администрации принятия нового акта.
Показательно, что Италии присущ дуализм: наряду с об-щими административными судами во главе с Государственным советом в стране действуют и специальные административные суды во главе со Счетной палатой. Несмотря на то, что для рассмотрения административных споров существует отдельная иерархическая система судов, достаточно отчетливо отграни-ченная от общей юрисдикции, общие суды также правомочны выносить в отдельных случаях частные определения в адрес органов исполнительной власти или взыскивать с администра-ции определенной суммы убытков.
Современное состояние административной юстиции в та-ких странах, как США и Великобритания, характеризуется оп-ределенной спецификой. По мнению многих американских спе-циалистов, со второй половины XX в. со всей острогой встал вопрос о введении ответственности за правонарушения, совер-шенные работниками государственного аппарата. Это в свою очередь потребовало принятия специального законодательства, в рамках которого все виды административной деятельности и все стадии административного процесса были подробно регла-ментированы.
В США основополагающим актом является Закон об ад-министративной процедуре 1946 г., который стал своеобразным кодексом федерального административно-процессуального права, "важной вехой в развитии самой идеи о необходимости расширения в современных условиях ответственности администрации за причиненный ущерб"1. Статьи этого нормативного акта неоднократно изменялись и дополнялись, в основном в целях их демократизации и детализации (в частности, поправками 1961, 1967, 1974 гг.). Кроме того, многие штаты имеют и своп законы об административной процедуре.
Закон 1946 г. стал первой в странах общего права попыткой установить важнейшие принципиальные положения, регу-лирующие административную процедуру. Согласно этому акту право на судебную проверку имеет "лицо, несущее ущерб вслед-ствие действия административного учреждения". Его ключе»! вая норма гласит: США несут ответственность согласно поло*| женпям настоящего раздела об исках из причинения вреда та-| кнм же образом и в той же степени, что и частные лица прц$ подобных обстоятельствах. Специфика американской модели административной юстиции состоит именно в том, что она дей-ствует на стыке исполнительной п судебной властей: для пес характерно сочетание деятельности административных квазп-судсбпых учреждений2 с рассмотрением дел административного характера в рамках общих судов. Как известно, в США фун-кционируют параллельно единая федеральная система судов 1|| самостоятельные судебные системы штатов.
Суды общей юрисдикции, включая и верховные суды, рас-сматривают жалобы па решения и действия административных учреждений и должностных лиц но мотивам их незаконного характера. Важное направление их деятельности — проверка конституционности действий (или, напротив, отказа от действий) должностных лиц федерации и штатов. Как правило, в суде дело о неправомерных действиях учреждения имеет приоритет перед всеми другими делами, кроме особо важных. Дело рассматривается судом по существу, и бремя доказывания своей невиновности лежит па учреждении.
Наряду с системой общих судов существует несколько специализированных федеральных судов, которые по стилю деятельности близки к административным. Важное место за-нимает Прстепзионный суд. Этот орган рассматривает граж-данские иски физических и юридических лиц к правительству США с требованием о возмещении ущерба, причиненного нарушением договоров, и по ряду других оснований. Среди подобных судебных учреждений федерального характера следует выделить Суд но внешней торговле и Налоговый суд, рассматривающий споры, которые возникают в связи с опре-делением размера федеральных налогов и их уплатой. Во многих штагах действуют также суды специальной юрисдикции — либо самостоятельно, либо при окружных судах. Они разбирают дела об административных правонарушениях, ли-цензионных, пенсионных, налоговых п многих других, по ко-торым выносятся решения о правах и обязанностях конкретных лиц.
Подавляющее большинство судебных исков касается не-законных решений и действия, решения или заключения орга-нов государственной власти, нарушающих интересы граждани-на. Гражданин вправе требовать: приостановления пли отмены действий администрации, объявления его незаконным или "ничтожным"; издания, изменения или отмены нормативного акта. По искам граждан суд может вынести судебное решение, именуемое "постановлением о запрете" либо "деклараторпым решением о признании действия незаконным". Впоследствии решения издаются отдельными томами и часто служат руко-водством при рассмотрении аналогичных дел, т. с. становятся прецедентами.
 

 

Процедура "хабеас корпус"

Просмотров: 2 357
В системе юридических гарантий прав и свобод человека трудно переоценить значение специальных процессуальных правил и процедур, с помощью которых обеспечивается реализация и защита основных прав и свобод человека. Известно, что материальные права и свободы могут быть реализованы только посредством определенных процессуальных процедур, которые гарантируют особый порядок их защиты.
Возьмем, например, право на неприкосновенность личности. Оно обеспечивается определенными процессуальными нормами. Выделим одну из наиболее значимых процедур, применяемых в практике многих зарубежных стран, "хабеас корпус".. Это традиционное наименование судебного приказа, который направляется должностному лицу, ответственному за содержание арестованного под стражей. Приказ предписывает доставить арестованного в суд и сообщить о времени и причинах ареста. Впервые эта процедура была введена в Англии Законом 1679 г. — НаЬеаз Согриз Ас±. Согласно Закону каждый задержанный или арестованный, а также и тот, кому было отка-зано в освобождении под залог, имеет право обратиться в суд с просьбой осуществить производство на основе "хабсас корпус".
8 соответствии с заявлением судья адресует требование уч-реждению, в котором находится задержанный, доставить его в течение 24 часов в суд с тем, чтобы проверить законность задержания или ареста. В судебном заседании по этому вопросу участвует сам проситель или его законный представитель, а в случае ареста — и общественный обвинитель, который должен детально объяснить суду мотивы ареста. Если суд принимает решение о необоснованности задержания, ареста или заключения, лицо, подвергшееся этим санкциям, должно быть немедленно освобождено. Лицо, выпущенное на свободу в порядке производства па основе "хабеас корпус", не может быть вторично задержано, арестовано или подвергнуто заключению по тем же основаниям.
Будучи исконным институтом уголовного процесса англо-саксонской системы судопроизводства и важнейшей формой судебной защиты прав личности, процедура "хабеас корпус" была органически воспринята правом США. В соответствии с разд.
9 ст. 1 Конституции каждый гражданин, подвергшийся аресту, вправе беспрепятственно обратиться в суд с ходатайством о проверке законности, обоснованности и правильности лишения его свободы (задержания, ареста). Если судья установит, что арест был произведен без достаточных оснований или с нару-шением установленных законом правил, он обязан немедленно освободить гражданина. Однако особенность американского ва-рианта состоит в том, что ходатайство об издании "хабеас кор-пус" может быть заявлено на любой стадии уголовного процес-са. Теоретически даже осужденный посредством этой процеду-ры может добиться прекращения дела, если убедит суд в неза-конности или необоснованности своего ареста, в силу чего суд должен будет признать незаконным и осуждение1. И хотя прак-тика свидетельствует, что судами удовлетворяется незначительное число таких ходатайств, предусмотренная американской Конституцией процедура "хабеас корпус" представляет собой важную гарантию восстановления справедливости и судебной защиты личности.
Процедура "хабеас корпус" широко применяется почти во всех странах континентальной Европы. Она получила зак-репление в конституциях и законодательстве ФРГ, Италии, Ис-пании, Австрии и других стран'. Соответствующие нормы со-держатся также в специальных законах о возмещении госу-дарством материального и морального ущерба за незаконный арест.
 

Разное
Дополнительно

Счётчики
 

Карта сайта.. Статьи