Главная     |     Новости     |     Справка     |     Форум     |     Обратная связь     |     RSS 2.0
Навигация по сайту
Юридическое наследие
Дополнительно


Архив новостей
Октябрь 2013 (14)
Ноябрь 2010 (2)
Июль 2010 (1)
Июнь 2010 (1288)
Май 2010 (3392)
Анонсы статей
» » Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. -2



 

Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. -2

в разделе: Проблемы уголовного наказания Просмотров: 4 902
Высшие судебные органы страны неизменно ориентировали суды, что в каждом случае при решении вопроса о назначении наказания за преступление, связанное с исполнением винов¬ным обязанностей по должности или занятием определенной деятельно¬стью, необходимо с учетом характера совершенного преступления обяза¬тельно обсуждать вопрос о лишении виновного права за¬нимать определенные должности или заниматься определенной деятель¬ностью. (См., напр.: 31, с. 198).
Как справедливо отмечается в литературе, рассматриваемый вид наказания «оказывает существенное психологиче¬ское воздействие на осужденного, значительно ограничивает его пра¬ва и возможности, способствует очищению государственной службы и иных видов деятельности от лиц, которые наносят серьезный ущерб обществу и отдельным гражданам», (99, с. 133-134) поэтому следовало бы ожидать более широкого применения этого вида наказания в судебной практике.
В середине 80-х годов в литературе, в том числе и автором этих строк, были высказаны соображения об основных причинах недостаточного использования функциональных возможностей этого наказания как дополнительного. (71, с. 76-81). Эти же в основном причины действуют, на наш взгляд, и в условиях сегодняшнего дня, причем они определяют применение рассматриваемого наказания и как дополнительного, и как основного.
Мы, например, отмечали ранее, что некоторые суды отказывались от назначе¬ния «лишения права» по мотивам отсутствия необходи¬мости в этом наказании вследствие увольнения осужден¬ного к моменту вынесения приговора с прежнего места работы или вследствие лишения его права на управле¬ние транспортными средствами в административном порядке.
Однако, как справедливо указывалось в уголовно-правовой литературе, содержание «лишения пра¬ва» как уголовного наказания не сводится только к отстранению осужденного от выпол¬нения определенных обязанностей, а заключается и в лишении его права занимать ту или иную должность или заниматься той иной деятельностью в течение определенного приговором срока с тем, чтобы практически лишить его возможности совершить новое аналогичное преступление, связанное с занятием соответствующей должности или определенной деятельностью. Увольнение же с должности, занимая которую лицо совершило пре¬ступление, не лишает его возможности занять аналогич¬ную должность на другом предприятии или в иной си¬стеме народного хозяйства и продолжать преступную деятельность. По известным соображениям не может заменить рассматриваемого наказания и лишение права управлять транспортными средствами в качестве меры административного воздействия: не обладающая свой-ствами, присущими уголовному наказанию, не влекущая за собой судимость, эта мера, естественно, не мо¬жет решить тех задач, которые стоят перед уголовным наказанием. (57, с. 39-40; 167, с. 138-139).
В этом же духе высказался и Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 29 августа 1980 г.: «То обстоятель¬ство, что к моменту постановления приговора подсуди¬мый уже не занимал должности или не занимался дея¬тельностью, с которой было связано совершенное преступление, не является препятствием для применения названного дополнительного наказания... Лишение права управлять транспортным средствами при осуждении по ст. 211, 2111, 252 УК РСФСР и соответствующим статьям УК других союзных республик может быть наз¬начено судом в качестве дополнительного наказания независимо от того, что лицо уже лишено этого права в порядке административного взыскания». (31, с. 199).
Многие суды свое решение об отказе от назначения «лишения права», указанного в санкции, в приговорах не мотивировали, поэтому судить о причинах принятого решения затруднительно.
Результаты же ан¬кетирования судей показывают, что зачастую мотивами таких решений являются: «недоста¬точность карательного воздействия, оказываемого этим наказанием на осужденных» и «несовершенство практи¬ки его исполнения». Представляется, что первый из этих мотивов не может служить основанием для непримене¬ния рассматриваемого наказания, поскольку карательно-воспита¬тельные возможности «лишения права» значительны, речь может идти лишь об их полном и умелом использовании. Несовершенство же практики испол¬нения этого вида наказания должно побуждать не к отказу от его назначения в тех случаях, когда в нем имеется потребность, а к совершенствованию уголовно-исполнительного законодательства и улуч¬шению практики его исполнения.
В значительной мере редкое применение «лишения права» обусловливалось недооценкой его карательно - вос¬питательных возможностей судами. Эта причина, по нашему мнению, не устранена и в современных условиях. Следовательно, в числе мер по устранению этих недостатков должны быть меры, направленные на усиление внимания судей к вопросам его назначения, меры по усилению контроля и надзора вышестоящих судебных органов за правильностью применения данного наказания и по наиболее полному ис¬следованию функциональных возможностей «лишения права» с последующим внедрением его результатов в учебные курсы, законода¬тельство и практику борьбы с преступностью.
Как не без оснований отмечал А.Л. Цветинович: «основной причиной, сдерживающей применение данного дополнительного наказания, является субъективный фактор - недостаточное внимание к этому судов, что в значительной мере объясняется психологическим влиянием груза традиций прежних лет». (241, с. 104-105).
Одной из причин указанных недостатков отмечалось также несовершенство правового регулирования рас¬сматриваемого наказания, в частности, редкое упоми-нание о нем в санкциях, особенно как основного наказания. (215, с. 204; см. также: Приложения, табл. № 1 и № 2).
Г.А. Кригер, Г.Л. Кригер, А.Л. Цветинович и другие полагают целесообразным расширить присутствие «лишения права» как дополнительного наказания в санкциях. По мнению же В.И. Тютюгина, такой необходимости нет в связи с наличием у суда возможности назначить его по своему усмотрению.
По мнению А.Л. Цветиновича, учитывая возможность назначения этого вида дополнительного наказания без упоминания о нем в санкциях, включение его в санкции статей Особенной части следует признать правомерным в трех случаях: когда законодатель предписывает обязательность назначения дополнительного наказания данного вида; когда законодатель устанавливает сроки данного наказания, отличающиеся от общего диапазона в сторону либо смягчения, либо ужесточения этих сроков; и когда законодатель конкретизирует наименования должностей, которые осужденному запрещается занимать, или деятельности, которой ему запрещается заниматься, либо указывает, в какой сфере трудовой деятельности это запрещается. По мнению автора, если нет хотя бы одного из этих критериев, то нет и необходимости в установлении этого дополнительного наказания в санкции, в иных необходимых случаях оно может быть назначено и при отсутствии упоминания о нем в санкции - по усмотрению суда. (241, с. 86-88).
Изучение материа¬лов судебной практики показывает, что зачастую назна-чение данного наказания было бы целесообразно и по тем статьям, санкции которых указаний о нем не содер¬жат. В частности, по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность специальных субъектов преступления по признаку занятия определенной должности и или занятия определенным видом деятельности.
Важное значение для эффективного применения дополнительного «лишения права» имеет оптимальное со¬четание его в каждом конкретном случае с мерами ос¬новных наказаний.
В уголовном законодательстве каких-либо указаний на этот счет не содержится. Между тем санкции многих статей Особенной части УК содержат возможность назначения этого дополнительного наказания (в том числе и в максимальном размере) в сочетании с минимальными размерами лишения свободы (ст. ст. 109, 118, 124, 138, 200, 202, 234 и ряд других), исправительных работ (ст. ст. 144, 234, 253, 260 и др.), других видов наказания и даже штрафа (ст. ст. 136-140, 160, 184, 204, 228, 253 и др.). К тому же, право суда перейти в порядке ст. 64 УК к другим – более мягким ви¬дам основных наказаний и предусмотренное ч. 3 ст. 47 УК право назначать это дополнительное наказание при отсутствии указаний о нем в санкциях открывают широкие возможности присоединения его к любой, в том числе и минимальной мере основного наказания, а также при условном осуждении.
Выбор оптималь¬ного сочетания «лишения права» с основным наказа¬нием в каждом конкретном случае целиком лежит на судьях. Это иногда порождает недоразумения в судеб¬ной практике.
По данным А.Л. Цветиновича, «лише¬ние права» в качестве дополнительного наказания применялось судами со следующими основ¬ными наказаниями: с лишением свободы — 40,3% из числа лиц, подвергнутых данному дополнительному на¬казанию; с исправитель¬ными работами—33,3%; со штрафом—4,2%; с отсроч¬кой исполнения приговора к лишению свободы—2,8%». (Там же, с. 92).
На наш взгляд, применение этого дополнитель¬ного наказания допустимо в сочетании с любыми видами основных наказаний. Однако присоединять «лишение права», осо¬бенно на максимальный срок, к небольшим мерам основных наказаний следует осторожно, избегая сочетаний, в ко¬торых дополнительное наказание было бы явно тяжелее избираемой меры основного наказания, «при условии, что суд будет в каждом отдельном слу¬чае «взвешивать» тяжесть основного наказания (с уче¬том его срока) и тяжесть дополнительного (с учетом ха-рактера запрета и его срока), не допуская, чтобы допол¬нительное наказание оказалось более строгим, чем ос¬новное, (Там же, с. 94) а также чтобы оно не было однородным с основным. Эти правила мы бы полагали целесообразным прямо закрепить в статье уголовного закона, либо, как минимум, проведя в руководящих разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ. (Подробнее об этом см.: 71, с. 130—132).
Вместе с тем, из санкций статей Особенной части УК следовало бы исключить имеющиеся там со¬четания «лишения права» с основными наказаниями, которые явно не соответствуют требованиям, предъяв¬ляемым к их сочетаемости. Это может быть осуще¬ствлено, к примеру, путем смягчения (снижения срока) дополнительного наказания, указанного в санкции.
Как совершенно справедливо отмечал А.Л. Цветинович, при назначении дополнительного наказания в виде «лишения права» «суд должен учитывать социальные аспекты его применения: социальную ценность той про¬фессии или специальности, заниматься которыми суд намерен запретить виновному (социальные затраты на подготовку специалиста данного профиля, нуждаемость общества в таких специалистах, социальные последствия исключения этого лица на какое-то время из их числа); индивидуальные и общественные затраты (времени, усилий, материальных средств) на приобретение осуж¬денным другой специальности». Суд должен принимать во внимание последствия смены профессии осужденным для его семьи и влияние этого обстоятель¬ства на его сознание, а также то, насколько совершение преступ¬ления с использованием должности или деятельности связано с личностными качествами виновного (законо¬мерно вытекает из них или носит случайный характер). (241, с. 95).
И.М. Гальперин, развивая эту мысль, справедливо указывает, что социальные аспекты применения наказаний должны не просто учитываться при их применении, но и находить отражение в уголовном законодательстве с учетом их изменяемости во времени. В этой связи автор указывает, что происшедшие в последние годы социальные изменения (возросшие требования к уровню общей культуры и специальных профессиональ¬ных знаний, большие затраты сил и энергии для полу¬чения соответствующего образования и приобретения опыта работы, рост социального престижа должностного положения и занятия соответствующей профессиональной деятельностью и др.) обусловили возрастание строгости наказания, связанного с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Автор приводит данные выборочных исследований, свидетельствующие о том, что каждому третьему осужденному к этой мере наказания пришлось приобретать новую профессию, около половины осужденных теряли в заработной плате, порой существенно. Объем материальных утрат при применении данного наказа¬ния при максимальных его сроках, как и и моральные страда¬ния, испытываемые осужденным, делают этот вид наказания весьма строгим. По мнению автора, «лишение права» является более строгим, чем наказание в виде исправительных работ, между тем в перечне наказаний, предусмотренном уголовным законом, оно оценивается как менее строгое. В связи с этим автор ставит вопрос о целесообразности изменения места двух рассмотренных ви¬дов наказаний в их системе. (56, с. 71-72)
Законодатель в новом Уголовном кодексе предусмотрел два способа исчисления сроков лишения права зани¬мать определенные должности или заниматься определенной деятельно¬стью в качестве дополнительного наказания - т.н. «последовательное» его исполнение (после основного наказания) и «параллельное» (одновременно с основным).
Согласно ч. 4 ст. 47 УК, в случае назначения этого вида наказания в качестве дополнительного к обязательным рабо¬там, исправительным работам, а также при условном осуждении, его срок исчисляется с момента вступления приговора суда в законную силу (одновременно с основным наказанием). Если же лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью назначено в качестве дополнительного вида наказания к ограни-чению свободы, аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части, лишению свободы, оно распространяется на все время отбы¬вания указанных основных видов наказаний, но при этом срок его исчисляется с момента их отбытия, т.е. со дня освобождения осужденного из исправительного центра, из-под ареста, из дисциплинарной воинской части или исправительного учреждения.
Если лишение права занимать определенные должности или зани¬маться определенной деятельностью назначается в качестве основного вида наказания осужденному, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, то суд на основании ч. 5 ст. 72 УК, учитывая срок со¬держания под стражей, смягчает назначенное наказание или полностью освобождает виновного от отбывания этого наказания. Уголовный закон не устанавливает каких-либо формализованных критериев пересчета сроков содержания под стражей в сроки «лишения права», практически это сделать затруднительно. Суд решает этот вопрос, руководствуясь своим правовым сознанием на основании исследования всей совокупности обстоятельств по уголовному делу и имея в виду цели уголовного наказания.
Неурегулированность вплоть до недавнего времени в законодательстве порядка и условий испол¬нения наказания в ви¬де «лишения права» приводила во многих слу¬чаях к фактическому его неисполнению. Отсутствие специального учета лиц, осужденных с применением рассматриваемого дополнительного наказания, контро¬ля за его исполнением со стороны государственных ор¬ганов и общественности и правовой ответственности лиц, виновных в его неисполнении, служило распрост¬раненной причиной того, что многие осужденные оста¬вались на прежних должностях либо, переменив место жительства или место работы, устраивались на анало¬гичные должности в других местах. (167, с. 141-147; 137, с. 72-74).
В настоящее время порядок исполнения рассматриваемого вида наказания регулируется главой 6 Уголовно-исполнительного кодекса РФ.
Согласно ст. 33 УИК, исполнение наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью возложено на уголовно-исполнительные инспекции по месту жительства осужденных. Исключение составляют случаи, когда это наказание назначено в дополнение к ограничению свободы, аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части или лишению свободы и исполняется «параллельно» с основным – в таких случаях исполнение дополнительного наказания возложено на те же органы, которые призваны исполнять основные виды наказаний.
Требование приговора о лишении права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью обязательны для администрации организации, в которой работает осужденный (ч. 1 ст. 34 УИК), и для органов, правомочных аннулировать разрешение на занятие соответствующей деятельностью (ч. 1 ст. 35 УИК). Это означает, в частности, что осужденный не может быть принят на соответствующую должность и ему не может быть выдано разрешение на занятие запрещенной деятельностью.
Если же он работает в должности, занимать которую ему запрещено приговором, или ранее получил разрешение на определенный вид деятельности, права на которую он лишен, администрация и, соответственно, управомоченный государственный орган по своей инициативе или по представлению органа внутренних дел либо прокурора обязаны: администрация прекратить трудовой до-говор с осужденным на основании п. 7 ст. 29 КЗоТ, а соответствующий государственный орган - «не позднее трех дней после получения копии приговора суда и извещения уголовно - исполнительной инспекции обязаны аннулировать разрешение на занятие той деятельностью, которая запрещена осужденному, изъять соответствующий документ, предоставляющий данному лицу право заниматься указанной деятельностью, и направить сообщение об этом в уголовно-исполнительную инспекцию» (ч. 2 ст. 35 УИК).
В случае увольнения из организации осужденного, не отбывшего наказание, администрация организации, в которой работает осужденный, обязана внести в его трудовую книжку запись о том, на каком основании, на какой срок и какую должность он лишен права занимать или какой деятельностью лишен права заниматься (п. «г» ч. 2 ст. 34 УИК).
Ответственные лица, злостно не исполняющие вступившие в законную силу приговор, решение или иной судебный акт о лишении права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, а также осужденные, нарушающие требования приговора, несут ответственность в порядке, установленном законодательством РФ (ст. 38 УИК), в том числе и уголовную ответственность в соответствии со ст. 315 УК.
Ответственность осужденных за злостное уклонение от отбывания наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью уголовным законом не преду¬смотрена.
Принятие нового УИК существенно изменило ситуацию. Однако встречаются еще недостатки в сфере испол¬нения «лишения права», обусловленные субъективными факторами — неправильным или неточным формулиро¬ванием этого наказания в приговоре, недобросовестным отношением к своим обязанностям лиц, на которых возложено его исполнение и т. д. Отсю¬да - необходимость мер по усилению контроля и над¬зора за исполнением данного наказания со стороны вышестоящих судебных органов, прокуратуры и орга¬нов, вышестоящих по отношению к тем, на которые возложено непосредственное его исполнение. (71, с. 74-81).
Вероятно, следует признать все еще актуальным предложение А.Л. Цветиновича - «для большего привлечения внимания су¬дей к вопросу назначения этого дополнительного нака¬зания» - включить его при наличии достаточных оснований в большее число санкций; настойчиво ориентировать соответствующим образом судебную практику постановлениями Пленума Верховного Суда и решениями по конкретным делам; а также урегули¬ровать конкретные обязанности судов по обращению к исполнению приговоров о «лишении права». скачать dle 11.0фильмы бесплатно



 
Другие новости по теме:


     
    Разное
    Дополнительно

    Счётчики
     

    Карта сайта.. Статьи