Главная     |     Новости     |     Справка     |     Форум     |     Обратная связь     |     RSS 2.0
Навигация по сайту
Юридическое наследие
Дополнительно


Архив новостей
Октябрь 2013 (14)
Ноябрь 2010 (2)
Июль 2010 (1)
Июнь 2010 (1288)
Май 2010 (3392)
Анонсы статей
» » Принципы уголовно-правового воздействия, определяющие построение и применение системы уголовно-правовых санкций. -2



 

Принципы уголовно-правового воздействия, определяющие построение и применение системы уголовно-правовых санкций. -2

в разделе: Проблемы уголовного наказания Просмотров: 7 824
При этом следует определиться и с теми требованиями, которым с позиций целесообразности должны отвечать конкретные разновидности санкций. Как отмечалось выше, применительно к относительно-определенным санкциям существует проблема оптимизации их нижних и верхних пределов и установления оптимального разрыва между ними, с тем чтобы они правильно, адекватно отражали характер и степень общественной опасности данного вида преступлений, их социальную и правовую оценку. Установление оптимальных пределов санкции должно ориентировать суд на назначение во всех случаях за данного вида преступления справедливой и наиболее целесообразной меры уголовно-правового воздействия виновному, с одной стороны, предоставлением достаточного простора для свободы судейского усмотрения, с другой стороны, установлением разумных и обоснованных - оптимальных пределов такому усмотрению, исключающих или сводящих к минимуму возможность судейского произвола.
Альтернативные санкции должны содержать такое количество и таких видов уголовного наказания, причем в таком соотношении, которые предоставляли бы суду все возможности для избрания индивидуальной, справедливой и наиболее целесообразной меры наказания каждому виновному в совершении преступления данного вида.
Кумулятивные санкции должны включать такие сочетания основных и дополнительных видов наказания, которые в наибольшей мере способствовали бы оптимальной реализации целей наказания при соблюдении требований, предъявляемых к сочетаемости дополнительных наказаний с основными - чтобы дополнительное наказание было менее строгим, чем основное, и иного вида, нежели основное.
Целесообразность уголовно-правового воздействия предполагает в качестве обязательного условия требование применения мер уголовно-правового воздействия с учетом характера и степени общест¬венной опасности совершенного преступления, обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, и осо-бенностей личности виновного.
В качестве принципа применения мер уголовно-правового воздействия идея индивидуализации заключается в требова¬нии учитывать при решении вопроса об установлении указанных мер в санкциях и избрании конкретной меры воздействия в отношении конкретного осужденного личностные особенности виновно¬го. В отношении лиц, представляющих повышенную опасность для об-щества, упорно не желаю¬щих становиться на путь исправления, мера уголовно-правового воздействия должна быть более строгой. В отношении же тех, кто со-вершил преступление впервые и способен исправиться без изоляции от общества, нет необходимости (нецелесообразно и несправедливо) назначать строгую меру уголовно-правового воздействия. Это индивидуализация, так ска¬зать, с количественной стороны. Но для успешного осу¬ществления целей уголовно-правового воздействия важно, чтобы мера уголовно-правового воздействия соответствовала особенностям личности виновного не только по размеру, но и по характеру. Например, в отношении лица, виновного в совершении корыстного преступления, может быть целесообразным применение имущественного наказания (конфискации имущества, штрафа), в отношении лиц, опасных по своей связи с преступной средой данного региона, - мер уголовно-правового воздействия, которые прерывали бы такие связи (лишение свободы, либо отмененные ныне, но весьма полезные в некоторых случаях при надлежащем их исполнении ссылка и высылка) и т. д.
Принцип целесообразности обеспечивается дифференциацией мер уголовно-правового воздействия и их применением в соответствии с индивидуальными особенностями виновных. В этих целях в законодательстве:
1) устанавливается система разнообразных мер уголовно-правового воздействия;
2) предусматривается возможность использования мер уголовно-правового воздействия к различным по социально-нравственной запущенности ти¬пам преступников;
3) ограничивается возможность применения отдель¬ных мер уголовно-правового воздействия в отношении неко¬торых категорий преступников - несовершеннолетних, женщин, нетрудоспособных и др.;
4) устанавливаются широкие пределы относительно-определенных санкций, санкции с дополнительными наказаниями (кумулятивные), предполагается возможность (и даже отдается предпочтение – в оответствии с принципом экономии репрессии) применения в каждом случае иных мер уголовно-правового воздействия, не связанных с наказанием;
5) при построении санкций, определении их содержания, характера и пределов учиты¬ваются особенности типов личности преступников, совершающих соответствующие виды преступлений;
6) путем установления факультативных кумулятивных санкций судам предоставляются воз¬можности, как правило, самим решать вопрос о целесообразности применения той или иной меры дополнительного наказания в зависимости от конкретных особенностей преступления и личности виновного;
7) в отношении некоторых видов дополнительных на¬казаний предусматривается право суда назначать их по своему усмотрению—когда такая мера не указана в санкции закона либо названа в ней как одна из основных мер наказания, но не избрана подсудимому в этом качестве;
8) не исключается возможность применения в определенных случаях не одного, а одновременно несколь¬ких дополнительных видов наказаний;
9) закрепляется требование о необходимости учиты¬вать при назначении наказания личность виновного, а также обстоятельства дела, смягчающие и отягчающие наказание (ст. 60 УК); и т. д.
Целесообразность уголовно-правового воздействия предполагает также соблюдение требований оптимального сочетания основных и дополнительных наказаний. От оптимальности сочетания указанных видов наказаний в значительной мере зависит эффективность уголовно-правовых санкций и уголовно-правового воздействия в целом. Оптимальными следует признать такие сочетания основных и допол¬нительных наказаний в законодательстве и в судебной практике, которые отвечают следующим основным требова¬ниям:
1) дополнительное наказание не должно быть одно¬родным с наказанием основным, чтобы его содержание не было простым продолжением содержания основного наказания, а придавало бы общей мере наказания спе¬цифическую направленность на устранение известных антисоциальных свойств личности осужденного, способствовало его исправлению и предупреждению новых преступлений;
2) мера дополнительного наказания при установле¬нии в санкции и при назначении осужденному не долж¬на быть более строгой, чем мера наказания основного, поскольку «именно основное наказание призвано прежде всего и главным образом выступать адекватной карой за соде¬янное и основным инструментом исправления и пере¬воспитания виновного. Если же достижение указанных задач переносится на дополнительное наказание, то, во-первых, нарушается идея закона о делении наказаний на основные и дополнительные; во-вторых, становится неясной функция каждого из наказаний». (57, с. 11). Необхо-димость соблюдения данного требования признается в уголовно-правовой теории (216, с. 26; 240, с. 14; 57, с. 11; и др.) и на прак¬тике. Соответствующее правило содержалось в ст. 50 УК РСФСР 1922 г., где прямо указывалось, что к ос¬новному наказанию присоединяется менее тяжкое дополнительное наказание.
Эти требования вытекают из юридической природы основных и дополнительных видов наказаний, из логики соотношения их ролей в осуществлении целей наказания. Значение деления уголовных наказаний на основные и дополнительные заключается, в частности, в том, чтобы при их совместном применении они были направлены на ограничение различных по ха-рактеру и значимости интересов виновного или затраги¬вали одни и те же его интересы, но в разной, степени, в связи с чем эти наказания должны быть различными по характеру и объему.
2. Принцип обоснованности состоит в требовании наличия достаточных фактических и юридических оснований для принятия решения относительно установления в законе и применения на практике уголовно-правовой санкции того или иного вида, характера и содержания. Обоснованный - значит «подтвержденный фактами, серьезными довода¬ми, убедительный». (160, с. 371).
Каждая уголовно - правовая санкция и предусмотренная уголовным законом система санкций в целом, как и составляющие их содержание все меры уголовно - правового воздействия, должны быть социально обоснованными. То есть должна существовать необходимость, социальная потребность в соответствующих санкциях, и именно в такой их системе, которая адекватно отражала бы характер и степень общественной опасности преступлений, за совершение которых они предусматриваются. Также и применение на практике соответствующих санкций и содержащихся в них мер уголовно-правового воздействия должно вызываться необходимостью применения именно этих санкций и именно данных уголовно-правовых мер.
Отсутствие такой потребности означает, что принимаемое решение в отношении построения санкций в законе и применении их на практике не правильно, нецелесообразно с фактической стороны и не соответствует закону. Необоснованным следует признать как установление санкций, в которых нет надобности (отсутствуют основания для их установления), так и избрание не тех их видов (разновидностей) или наделение их не тем содержанием, которые диктуются обстоятельствами дела, а также неприменение соответствующих санкций при наличии в них необходи¬мости (когда есть все основания для их применения). Недопустимо установление такой по характеру и размеру санкции и в таких случаях (за такие преступления, в отношении таких лиц), в которых нет объективной необходимости.
Обоснованная санкция – это одновременно санкция законная, целесообразная и справедливая, т. е. отвечающая требованиям и иных принципов уголовно-правового воздействия.
В качестве принципа, определяющего построение и применение уголовно-правовых санкций обоснованность заключается в том, что как формулирование санкций в законе, определение их содержания, характера и пределов, так и установление системы уголовно-правовых санкций и применение их на практике должны основываться на фактических обстоятель¬ствах уголовного дела. Обоснованность предполагает использование соответствующих санкций лишь в случаях, когда необходимость в их применении вызы¬вается обстоятельствами совершенного преступления и личностными особенностями виновного, и избрание такой меры (вида и размера) уголовно-правового воздействия, которая наилучшим образом может способствовать устранению причин и условий совершенного преступления и осуществле¬нию целей уголовно-правового воздействия.
При конструировании санкций в законе необходимо учитывать все значимые в уголовно-правовом отношении социальные и юридические признаки соответствующих видов преступлений, за совершение которых они устанавливаются – характер и степень их общественной опасности, форму и вид вины и т. д.
Как пишет Н.И. Загородников: «Санкция уголовно-правовой нормы - это результат социальной оценки преступления. Определение законодателем санкции - это не чисто технический процесс. В этом случае происходит в своеобразной форме реализация уголовной политики государства. На характер и размер санкции оказывает определяющее воздействие социальное содержание преступления, его объективные и субъективные качества и особенности и иные обстоятельства, оказывающие влияние на направление уголовной политики в борьбе с теми или иными преступлениями». (177, с. 46).
При установлении уголовно-правовой санкции законодатель исходит прежде всего из характера и социальной ценности объекта преступления и, следовательно, из степени тяжести вреда охраняемым уголовным законом общественным отношениям. В зависимости от этих обстоятельств находятся как характер, содержание и пределы уголовно-правовых санкций, так и реализация их в юридической практике.
Важное значение для построения и применения уголовно-правовых санкций имеет учет объективных свойств преступления: особенностей преступного деяния, способа совершения преступления, характера и тяжести последствий и др. К примеру, совершение насильственных преступлений, свидетельствующее об агрессивности виновного, предполагает необходимость воздействия на соответствующие свойства его личности посредством изоляция его от общества и т. п., тяжесть последствий совершенного деяния определяет строгость санкции и т. п.
Субъективные свойства преступления влияют на определение санкций с точки зрения форм и видов вины, особенностей мотивации и целей соответствующих видов преступлений, наличия или отсутствия состояния аффекта. Так, корыстная мотивация может служить основанием для установления в санкции наказаний имущественной направленности, за неосторожные преступления ответственность наступает лишь в специально оговоренных в законе случаях и сравнительно более мягкая, чем за умышленные (например, неосторожные преступления не признаются особо тяжкими, за их совершение не может быть назначено более строгое наказание, чем 10 лет лишения свободы, и т.п.).
Учитываются при конструировании и применении уголовно-правовых санкций (как конкретных мер наказания, их характера и размеров, так и возможности применения иных мер уголовно-правового воздействия) данные о личности преступника. Прежде всего – наличие повторности или рецидива преступлений, признаки «специального субъекта» и другие характеристики личности виновного.
Учет характера и степени общественной опасности видов преступлений и особенностей различных категорий лиц, их совершающих, при конструировании уголовно-правовых санкций и их применении на практике необходим также для обеспечения справедливости и целесообразности уголовно-правового воздействия на виновного. Как правильно отмечается в специальной литературе, от обоснованности санкций, предусмотренных в уголовном законодательстве, в значительной мере зависит эффективность применения уголовного закона. (109, с. 62-63). Обоснованность санкции, как это уже отмечалось выше, предполагает также ее законнность.
В теории существуют разногласия относительно того, влияет ли на построение уголовно-правовых санкций, в частности, на их пределы, также распространенность преступлений соответствующих видов. Так, по мнению А.Н. Игнатова, оптимальные размеры санкций определяются на основе степени общественной опасности и распространенности деяния, объективных и субъективных признаков преступления, степени общественной опасности личности преступника, уровня общественного правосознания. (78, с.50).
А.П. Козлов высказал критические замечания по этой позиции в связи с «отсут¬ствием четких критериев классификации факторов, влияющих на определение пределов санкции». Он обоснованно отметил, что степень общественной опасности деяния и личность преступника не существуют вне объективных и субъективных признаков преступления, «указанные факторы «переплетены» и не могут существовать как самостоятельные. Общественная опасность деяния и личности виновного обусловлена объективными и субъективными приз¬наками преступления». (53, с. 134).
Вместе с тем, позиция А.П. Козлова по вопросу о том, влияет ли распространенность деяния на характер и пределы соответствующей санкции, нам представляется не точной. Автор соглашается с мнением С.И. Дементьева, полагающего, что устанавливать санкцию с учетом распространенности деяния неверно, поскольку при таком подходе будет невозможно соблюсти принцип стабильности санкций. (64, с. 151).
Дополнительно автор в обоснование своей позиции приводит аргумент, что учет распространенности деяния тесно связан с общей превенцией как целью наказания, между тем как наказание не назначается специально в целях общей превенции… общая превенция существует лишь постольку, поскольку назначено конкретное наказание кон¬кретному лицу, цель общей превенции не находит самостоятельного отражения в санкции. (53, с. 132 - 133).
В этой части рассуждений с А.П. Козловым следует согласиться, мы также полагаем, что «наказание не назначается специально в целях общей превенции», эта цель «не находит самостоятельного отражения в санкции» и сама по себе распространенность преступлений вряд ли должна прямо влиять на пределы санкций. Однако правильно ли, отождествляя общую превенцию с распространенностью, вовсе не принимать в расчет распространенность преступлений при конструировании уголовно-правовых санкций и, в частности, при определении их пределов? На наш взгляд, это было бы не правильно.
Распространенность преступлений не влияет на санкцию напрямую - по принципу «чем чаще встречаются деяния конкретного вида, тем больший вред при¬чиняют они в своей массе обществу» и тем, следовательно, строже должна быть санкция. Влияние распространенности преступлений на характер и пределы санкции - косвенное и по иному принципу: чем более распространено преступление, тем многообразнее формы его проявления и разнообразнее свойства личности совершающих такого рода преступления, тем, следовательно, богаче должен быть выбор предусмотренных в санкции мер уголовно-правового воздействия и шире должны быть пределы соответствующих санкций, чтобы были учтены по возможности все особенности конкретного случая.
Распространенность преступлений оказывает косвенное влияние и на диспозиции статей УК, и на количество и виды составов преступлений в уголовном законе. Очевидно, что по указанным причинам многообразнее и «содержательнее» должны быть и сами составы преступлений, и диспозиции статей, их описывающих. Учитывая многообразие проявлений тех или иных видов преступлений, законодатель должен предусматривать в таких случаях не один, а несколько составов одного и того же вида преступлений: наряду с простым составом, при необходимости установить также состав с квалифицирующими и (или) с привилегированными признаками.
Высказанные С.И. Дементьевым и поддержанные А.П. Козловым опасения, что учет распространенности преступлений при конструировании уголовно-правовых санкций отразится на их стабильности, вряд ли могут быть признаны существенными. По нашим представлениям, предложение А.Н. Игнатова и других авторов учитывать при построении санкций распространенность преступлений следует понимать как необходимость учета относительной (относительно других видов преступлений) распространенности соответствующих видов преступлений вообще - на протяжении длительного периода времени, а не ежегодные колебания уровня различных видов преступлений.
Например, хищения, изнасилование, убийство, хулиганство и некоторые другие виды преступлений «традиционно», на протяжении длительных периодов времени являются «распространенными» преступлениями - более распространенными, чем многие другие, несмотря на колебания их уровня в отдельные годы. В отличие от таких преступлений, государственная измена, шпионаж и многие другие, «традиционно» немногочисленные виды преступлений, вряд ли можно отнести к числу «распространенных», даже если в отдельные годы их будет совершено заметно больше, чем обычно. Конечно же, последнее обстоятельство не может рассматриваться как основание для немедленного изменения (ужесточения) санкции за эти преступления. Но учитывать «традиционную» распространенность соответствующих преступлений в ходе реформы законодательства в целом или при введении новых уголовно-правовых санкций, на наш взгляд, необходимо. Такой учет, несомненно, имел место и в ходе последней реформы уголовного законодательства России.
По нашим представлениям, при конструировании уголовно-правовых санкций следует исходить из того, что, чем более распространено преступление, тем более при прочих равных условиях оно опасно для общества, и это обстоятельство следует учитывать как минимум в следующих отношениях:
• шире должны быть пределы относительно- определенных санкций, эти санкции должны содержать большее число альтернативных наказаний;
• санкция в целом должна быть относительно более строгой, чем если бы это преступление было не очень распространенным;
• шире должна быть сформулирована диспозиция, она должна охватывать по возможности все возможные проявления соответствующего вида преступления;
• должен быть предусмотрен не только основной состав преступления, но и альтернативные ему привилегированные и квалифицированные составы.
Фактор распространенности имеет важное значение прежде всего при криминализации и пенализации неосторожных преступлений, поскольку их опасность во многом определяется именно их распространенностью. Однако самодовлеющего значения данный фактор не должен приобретать и в такого рода случаях.
Пересматривать же санкции специально ежегодно или хотя бы раз в несколько лет – в связи с колебаниями уровня соответствующих видов преступлений - это, конечно же, неправильно и бессмысленно. Вряд ли А.Н. Игнатов имел в виду такого рода предложения.
3. Принцип справедливости. Это один из важнейших принципов жизнедеятельности общества, который состоит в требовании соот¬ветствия между правами и обязанностями его членов, «между деянием и воздаянием, трудом и вознаграждением, преступлением и наказанием, заслугами людей и их общественным признанием». (237, с. 650).
Согласно ст. 6 УК РФ: «Наказание и иные меры уголовно - правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.
Никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление».
На наш взгляд, справедливость предполагает также обеспечение неотвратимости уголовно-правового воздействия в отношении всех лиц, виновных в совершении преступления, а также недопустимость такого воздействия на лиц, не виновных. Нельзя не согласиться с М. Д. Шаргородским в том, что «на¬казание воспринимается обществом как справедливое, если оно: а) постигает виновных, б) соответствует содеянному и в) постигает в такой же мере всех также винов¬ных». (245, с. 83). Это утверждение представляется нам верным в отношении применения не только наказания, но и иных мер уголовно-правового воздействия.
Согласно уголовно-процессуальному законодательству (ст. ст. 342, 347, 350 УПК), каждый совершивший преступле¬ние должен быть подвергнут справедливому наказанию, явная несправедливость наказания рассматривается за-коном как одно из оснований отмены или изменения приговора. Явной несправедли¬востью признается как привлечение к ответственности без вины или непривлечение к ней виновного, так и назначение виновному чрезмерно строгой или необосно¬ванно мягкой меры уголовно-правового воздействия.
Меры уголовно-правового воздействия должны неотвратимо применяться в отношении всех виновных, только в отношении виновных и лишь в той мере, в какой это не противоречит требо¬ваниям соответствия наказания совершенному преступ¬лению и общественной опасности личности виновного.
В указанных требованиях заключается собственное содержание и важное самостоятельное значение принципа справедливости.
Н.Ф. Кузнецова, раскрывая содержание и значение этого принципа, пишет, что: «Лицу, совершившему преступление, суд должен назначить такое наказание, которое яви¬лось бы необходимым и достаточным для его персонального ис-правления. Более строгий вид наказания из числа предусмотрен¬ных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достиже¬ние целей наказания. При назначении наказания учитываются ха¬рактер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, смягчающие или отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужден¬ного и на условия жизни его семьи (ст. 60 УК РФ). (121, т. 1, с. 77).
На наш взгляд, указанные требования неправильно сводить исключительно к содержанию принципа справедливости. Закрепленные в статье 60 УК общие начала назначения наказания представляют собой конкретизацию всех без исключения принципов уголовного права применительно к сфере назначения наказания. То обстоятельство, что в ст. 60 УК содержится требование назначения справедливого наказания, но нет столь же однозначных и прямо зафиксированных требований назначать наказание законное, гуманное, целесообразное и т. д., сути дела не меняет, хотя бы потому уже, что статья 60 УК не может отменить действия принципиально более «сильных» в правовом отношении статей 3 – 7 УК РФ.
С другой стороны, как представляется, с точки зрения и содержательной, и законодательно-технической, положения ст. 60 УК должны быть более четко скоординированы с требованиями уголовно-правовых принципов, последние - все без исключения должны получить свою конкретизацию в общих началах назначения наказания. А уж если кардинально, то в законе должны быть отражены принципы и общие начала назначения не только уголовного наказания, но и всего комплекса мер уголовно-правового воздействия, потому уже, что в современной юридической практике в количественном отношении наказание применяется в отношении лиц, виновных в совершении преступлений, реже, нежели иные меры уголовно-правового воздействия , например, условное осуждение. (см.: Приложения, табл. № 8).
Справедливость уголовно - правовых норм и предусмотренных ими мер уголовно-правового воздействия предполагает также их целесообразность, обоснованность, соответствие требованиям принципов гуманизма, законности и др. Поэтому следует согласиться с Н.Ф. Кузнецовой в том, что «справедлив закон, который отвечает требованию социальной обоснованности криминализации деяний и пенализации преступлений. Не отвечающий этим требованиям закон обречен на бездействие как не отражающий правосознания общества и не защищаю¬щий его интересов». (121, т. 1 с. 75-76).
Справедливость уголовно - правового воздействия – условие и залог эффективности последнего. Как отмечает А.П.Козлов: «Эффективность применения наказания в значительной мере зависит от того, какова степень позитивной ответственности и социаль¬ной испорченности виновного (чем выше позитивная ответственность, тем меньшим должно быть наказание, и наоборот; чем выше социальная испорченность, тем большим должно быть наказание, и наоборот) и смог ли суд достаточно полно установить их (правильное определение степени позитивной ответственности и социальной испорченности приведет к справедливому наказанию, и соответственно данное наказание окажется наиболее эффективным)». (53, с. 131-132). Принцип справедливости предпо¬лагает индивидуализацию уголовно-правового воздействия на виновных, учет при конструировании санкций в законе и применении их на практике не только тяжести преступлений, но и личностных ка¬честв виновного, а также смягчающих и отягчающих обстоятельств, имеющихся в уголовном деле.
Важным аспектом принципа справедливости является учет при конструировании санкций и их применении на практике правосознания граждан, господствующих в обществе представлений о справедливости уголовно-правового воздействия. Как отмечает П.П. Осипов: «Правосознание населения относится к числу объективных правоприменительных факторов ввиду того, что: 1) удовлетворение общественного правосознания является одной из целей наказания; 2) воспитание общественного правосознания—одним из принципов его назначения. Поэтому судебная деятельность должна осуществляться, ориентируясь на наличное правосозна¬ние населения, но вместе с тем несколько опережать его, т. е. способствовать преодолению в нём пережиточных (отсталых) установок и внедрению более прогрессивных». (102, с. 67).
4. Принцип законности. Это конституционный принцип государ¬ственной и общественной жизни Российской Федерации (ст. ст. 4, 15, 54, 55 и др. Конститу-ции РФ). Как требование строгого и неуклонного со¬блюдения нормативных предписаний он прежде всего характеризует все дру¬гие принципы со стороны формы, ибо он «облекая определенные идеи в юридическую оболочку». Вместе с тем он имеет и собственное содержание. (163, с. 93-94, 99-100).
В действующем уголовном законодательстве России он на¬ходит свое выражение прежде всего в ст. 1 УК, согласно которой:
• единственным источником уголовного права является федераль¬ный уголовный закон; новые законы, предусматривающие уго¬ловную ответственность, подлежат включению в Уголовный кодекс, что предполагает пол¬ную кодификацию норм об ответственности за преступления в Уго¬ловном кодексе (ч. 1);
• уголовное законодательство России «основывается на Конституции Российской Фе¬дерации и общепризнанных принципах и нормах международного права» (ч. 2). Конституция РФ содержит основопола¬гающие положения, которым уголовное законодательство обязано строго соответствовать. При коллизии норм Конституции и УК приоритетом пользуется Конституция РФ. (ст. 15 Конституции РФ);
• приоритетом перед национальным уголовным правом обладают также нормы международного уголовного права. Такие международные договоры, как Всемирная декларация прав человека 1948 г., Венские соглашения 1986-1989 гг., Конвен¬ция по борьбе с наркотизмом и терроризмом и многие другие, опре¬деляют ответственность за пре¬ступления международного характера.
Непосредственное содержание уголовно-правового принципа законности определяется в ст. 3 УК РФ, согласно которой:
«1. Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Уголовным кодексом.
2. Применение уголовного закона по аналогии не допускается».
В этих положениях УК РФ получило воплощение общечеловеческое нравственное и правовое кредо: «nullum crimen, nulla роеnа sine lege» – «нет преступления, нет наказания без указания на то в законе.
Указанные предписания предполагают необходимость письменной формы уго¬ловных законов и недопустимость назначения мер уголовно-правового воздействия, не предусмотренных уголовным законом. Наказания и иные меры уголовно-правового воздействия применяются в точном соответствии с уголовным за¬коном, только в отношении лиц, виновных в совершении преступления, строго в установленном законом порядке и только специально установленным актом компетентного государственного органа (приговор суда, постановление следователя). Никто не может быть признан виновным в со-вершении преступления, а также подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в соответствии с законом.
Криминализации, т. е. объявлению законодателем преступными подлежат лишь деяния, т. е. действия или бездействия лица, причиняющего вред интересам личности, общества, государ¬ства. Мысли, убеждения, какими бы общественно опасными они ни представлялись, криминализироваться и наказываться не должны.
Принцип законности содержит запрет применения к дея¬нию, ответственность за которое в УК не предусмотрена, сходной нормы уголовного закона по аналогии.
Принцип законности содержит также требование обеспечения неотвратимости уголовно-правового воздействия в отношении каждого, виновного в совершении преступления. В частности, на это указывает ст. 8 УК РФ: «Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступле¬ния, предусмотренного настоящим Кодексом».
Важнейшие положения принципа законности содержатся в ч. 1 ст. 60 УК, в соответствии с которой: «Лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса, и с учетом положений Общей части настоящего Кодекса».
Специфическим выражением принципа законности в сфере конструирования уголовно-правовых санкций и их применения на практике является совокупность следующих требований:
• каждое лицо, виновное в совершении деяния, содержащего все признаки состава преступле¬ния, предусмотренного Уголовным кодексом, должно в соответствии с законом претерпеть уголовно-правовое воздействие за содеянное;
• лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливая мера уголовно-правового воздействия в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса, и с учетом положений его Общей части.
С учетом этих требований, должны соблюдаться пределы и ограниче¬ния, предусмотренные законом для применения мер уголовно-правового воздействия в Общей и Особенной части уголовного закона, в частности:
• необходимо соблюдение установленных законом порядка и условий применения отдельных видов наказаний и иных мер уголовно-правового воздействия;
• необходимо соблюдение установленных в статьях Особенной части УК пределов санкций;
• недопустимо назначение наказаний в виде кон¬фискации имущества и штрафа в слу¬чаях, когда эти наказания не предусмотрены в качестве дополнительных в санкциях соответствующих статей Особенной части уголовного закона (ч. 4 ст. 46 и ч. 2 ст. 52 УК); в судебной практике такие нарушения еще встречаются;
• недопустимо назначение наказаний осужденным лицам, которым эти наказания в соот¬ветствии с законом не могут быть назначены: несовершеннолетним, женщинам, престарелым и т. п. (ст. ст. 53-59 УК);
• применение наказания в виде лишения специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград при осуждении только за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления и только в отношении лиц, обладающих такими званиями и наградами (ст. 48 УК);
• недопустимо назначение при условном осуж¬дении дополнительного наказания в виде конфискации имущества (ст. 73 УК);
• недопустимо неназначение дополнительного нака¬зания в тех случаях, когда по закону его назначение является обязательным, а основания для применения ст. 64 УК отсутствуют; между тем, в судебной практике такие случаи имеют место;
• недопустимо произвольное, не в соответствии с требованиями закона, формулирование мер уголовно-правового воздействия, например, при назначении наказания в виде «лишения права» не могут применять¬ся формулировки, запрещающие работу в той или иной системе или отрасли народного хозяйства, которые встречаются еще иногда в судебных приговорах, а должны быть конкретно указаны определенные долж¬ности, занимать которые запрещается осужденному;
• недопустимо назначение мер уголовно-правового воздействия срочного характера, например, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью без указания срока, на который они назначаются; (28, с. 13)
• недопустимо назначение дополнительного наказа¬ния по совокупности преступлений или приговоров, если оно не назначено ни за одно из преступлений, входящих в совокупность (ст. 69, 70 УК); такие нарушения имели значительное распространение в судеб¬ной практике;
• и т. д. скачать dle 11.0фильмы бесплатно



 
Другие новости по теме:


     
    Разное
    Дополнительно

    Счётчики
     

    Карта сайта.. Статьи